Сын Тишайшего-2

При этом мы идём налегке, запаслись заводными лошадями, дорога нормально проторена и достаточно твёрдая. По идее можно двигаться быстрее, но надо учитывать специфику инфраструктуры. Ночевать в палатке не самая приятная вещь, а на ещё дворе морозы. Поэтому Дунин спланировал маршрут с учётом остановок в городах и деревнях, заодно выслал передовой отряд, занимающийся нашим отдыхом. Всё-таки в путешествие отправился царь, и надо учесть многие моменты, включая безопасность. До Сергиев Посада особых проблем не ожидается, но бог его знает, чего там дальше.

Забавный случай произошёл на подъезде к Пушкино, где мы собирались заночевать.

Сейчас это село, расположенное на Троицкой дороге, которую не надо путать с Ярославским шоссе моего времени. На самом деле нам чуть дальше, в Братовщину, где расположен один из царских путевых дворцов. Вроде со времён Дмитрия Донского повелось, что русские правители ходили помолиться в Троице-Сергиев монастырь. И действительно шли пешком на немалое расстояние. Для этого построили специальные дворцы для монархов и свиты. Сейчас от зданий и сел, где они расположены, остались только географические названия — Алексеевское, Тайнинское, Братовщина и Воздвиженское. Впрочем, последнее вроде и в моём времени является селом.

Интересно слышать вроде знакомые названия, которые выглядят совершенно иначе. Сейчас это обычные деревни, окружённые полями и лесом. Да и само Ярославское шоссе, мягко говоря, отличается. И дело не в отсутствии восьми или десяти привычных заасфальтированных полос.

Нынешний тракт расположен западнее и проходит через Коргашино. Тем не менее, дорога достаточно широкая, позволяющая спокойно разъехаться двум гружёным повозкам или саням.

Заторов хватает и здесь, но наша кавалькада спокойно объезжала купеческие обозы с многочисленными крестьянами телегами. По встречке, конечно. Но мы особо никого не беспокоили, стараясь вести себя незаметно. Насколько это возможно отряду, состоящему из двадцати пяти вооружённых человек, ведущих за собой столько же коней с поклажей и без неё.

И вот ближе к селу мы наткнулись на неприятную картину. Группа всадников обступила несколько повозок и застопорила движение в обе стороны.

При этом верховодит безобразием молодой человек в излишне крикливых одеждах, ещё и обладающий визгливым голосом. Прямо-таки классический и обнаглевший мажор, которых обыватели ненавидят во все времена.

— Что ты себе позволяешь, холоп? Запорю прямо здесь! Совсем страх потеряли! Вам приказали убирать телеги! Почему не выполняете?

— Господин, так негде здесь. Дорога не позволяет, и снег по обочине лежит, — раздалось в ответ, — Нам бы саженей десять вперёд проехать, и можно путь освободить. Мы же попросили.