3
0«Свобо… кровь… Мессии…»
Женский голос, более высокий, чем голоса остальных участников протеста, теперь заметней выделялся на фоне прочих криков.
– «Свободу кровному отпрыску Мессии», – сказала Эбби. – Я уже слышала это раньше. Вот что она кричит.
– Угу, – согласился Бейкер. – Я тоже это слышал. Она явно из этих психов. Несет такую же пургу, что и остальные.
Эбби уставилась на экран.
– Но Стражи вообще-то не вовлекают религию в свои теории заговора. Там никогда не упоминается Мессия.
– Они уверены, что приближается какого-то рода апокалипсис, насколько я понимаю? – вмешался Эстрада.
Женщина опять закричала, воздев руки над головой – не потрясая кулаками, а скорее в каком-то молитвенном жесте.
У Эбби внутри все сжалось, когда что-то знакомое на экране привлекло ее внимание.
– Поставьте на паузу! – настойчиво попросила она.
Эстрада выполнил ее просьбу, и Эбби внимательно изучила застывшее изображение, разглядывая поднятые к небу руки женщины.
– Что такое? Вы узнаете ее? – спросил он.
– Эти ссадины у нее на руках… – пробормотала Эбби с сильно забившимся сердцем.
– Ну да, вижу, – подтвердил Эстрада. – Она как-то поранила руки.
Она еще раз посмотрела на многочисленные ссадины на руках у женщины, заметные даже издалека.
– Я уже такое видела. Такие вот следы остаются, когда трешь руки проволочной мочалкой.
Эбби очень хорошо знала эти ссадины. Знала, как они ощущались. Ее собственные руки выглядели точно так же, когда она была моложе.
– Что-что? Зачем ей это делать?
– Она может быть членом религиозной секты.
– Вы же сами сказали, что Стражи не религиозны.
– И они не секта, – сказала Эбби.
Сообщение, которое она получила якобы от Исаака… От человека, которого, как она подозревала, на самом деле звали Моисей Уилкокс. Уж не он ли за всем этим стоял?
И не произошло ли это из-за того, что накануне она по глупости отправила ему сообщение в мессенджере?
– Мы можем этим как-то воспользоваться? – спросил Эстрада, глядя на Уилла.
– Я так не думаю, – ответил тот. – Кем бы ни была эта женщина, мы должны относиться к ней как к еще одной заложнице, пока не узнаем больше.
Уилл был прав. Даже если Моисей и затеял какую-то игру, они ничего не могли с этим поделать. Только не сейчас.
– Ладно. Спасибо, Эбби, – сказал Эстрада. – Мы сообщим вам, если вдруг что-нибудь выяснится. Гм… как я уже говорил, мы хотим тут закрутить гайки и оставить в зоне оцепления только тех сотрудников, которые имеют непосредственное отношение к делу.
