– После неудачной попытки штурма через взломанную дверь мы должны учитывать, что люди внутри наверняка приняли меры, чтобы мы опять не застали их со спущенными штанами, – ответил командир группы быстрого реагирования. – Так что на данный момент мы исключаем повторную попытку штурма с этого направления. Возвращаемся к первоначальному плану – проникнуть внутрь через окна, спустившись по веревкам с крыши. Но нам по-прежнему нужно как следует это отработать. Да и по-любому лучше какое-то время выждать. Прямо сейчас они настороже.
– До рассвета… – Эстрада бросил взгляд на свои наручные часы, – пять с половиной часов.
– Не думаю, что стоит так спешить. Если только не будет иного выхода. До этого нас поджимало время. Необходимость спасти Карлоса Рамиреса. Теперь эта необходимость отпала.
– Ладно, так что возвращаемся за стол переговоров. Что там у нас?
Эбби перевела взгляд на Уилла.
– Ничего хорошего, – ответил тот. – Как и следовало ожидать, доверие и взаимопонимание, которые мы установили с людьми внутри, в значительной степени сведены на нет. На данный момент все мое общение с Нилом сводится к коротким разговорам на повышенных тонах.
Эбби прочистила горло.
– Я могла бы попробовать опять поговорить с ним…
– Нет! – отрезал Эстрада. Прозвучало это резко и окончательно.
Эбби не стала настаивать. Выходит, ее позвали не по этой причине. Тогда что же она здесь делает?
Уилл подался вперед.
– Наш козырь в рукаве – Джеки. Я планирую связать ее по телефону с Нилом, чтобы восстановить доверие и получить определенный эмоциональный рычаг.
Эбби бросила взгляд на распечатанный снимок, запечатлевший огромное темное пятно на деревянном полу. У нее не было никаких сомнений, что это такое. Засохшая кровь.
– Наши собственные криминалисты уже в пути, хотя на получение официального заключения наверняка уйдет какое-то время, – сказал Уилл.
– В доме еще что-нибудь нашли? – спросила Эбби.
– Обыск пока продолжается, – ответил Уилл. – Они будут держать нас в курсе.










