3
0А Григорий вспоминает, что сам отдал приказ любой ценой доставить его самолет в столицу, даже если это будет опасно… Да даже если его придется перевозить по частям!
После того, как Австрийская Империя объявила свою полную поддержку Дмитрию, Григорий с ними ничего общего иметь не хочет, и теперь он полностью поддерживает Федора — с этой страной надо строить отношения через силу и военную мощь.
Слуга открыл предо мной двери, и я прошел в имение. Прямо в холле стояла испуганная бледная женщина, не старше сорока пяти лет. Она обнимала своих детей — шестнадцатилетнюю дочь, у которой были такие же темные волосы, как и у матери, и четырнадцатилетнего сына.
— Давно не виделись. Вы прекрасно выглядите, но все-таки нервы вас не красят, — говорю графине Арбенской.
— Благодарю, Ваше Высочество. А насчет нервов сами понимаете, жизнь часто преподносит сюрпризы, — спокойно отвечает женщина.
— Надеюсь, приятные?
— Необычные, — уклончиво отвечает она. — Сначала они могут казаться ужасными, но потом все резко меняется.
За спиной графини Арбенской покорно стоит служанка в черной форме с опущенной головой. Ее руки сложены на животе, она готова принимать любые приказы.
— Мне передали, что вы хотели меня видеть. Надеюсь, недолго ждете? — спрашиваю я спокойно у графини, хотя хотелось усмехнуться.
— Да, верно, Ваше Высочество, — кивает она и оборачивается к служанке. — Регина, отведешь их в комнату?
— Да, госпожа, все будет сделано.
— Идите с Региной, — обращается она к детям.
Служанка увела детей на второй этаж, а мы с графиней пошли по длинному коридору первого этажа, больше здесь никого не было.
— Признаться честно, я и сама не ожидала, что позову вас ради такого, — говорит графиня Арбенская.
— Конечно, ваш род никогда не приветствовал меня, вы всегда славились поддержкой Гриши.
— Все верно, но в свое оправдание скажу, что я все-таки женщина, и это было решение моего мужа. Мне же одинаково безразличны — как вы, так и Григорий, Федор и Анастасия Романовы. Хотя, если задуматься, то ваша сестра даже больше мне импонирует, она все-таки женщина, жаль, что трое мужчин никогда не допустят ее к власти.
Тут Арбенская ошибалась. Если бы положение в Российской империи было другое, а не назревала война сразу на нескольких границах… Если бы Анастасия проходила всех учителей и научилась правлению, и больше времени отдавала политике, а не моде, тогда Кодекс Первого Императора признал бы и ее достойной. Он увидел бы ее открытую и чистую душу. Тогда Анастасия была бы готова к власти, и я бы уступил ей трон без всякого сожаления.
Что уже много раз был властителем в самых разных мирах, и мне с головой хватило власти и правления. Я с удовольствием потратил бы эту жизнь просто на то, чтобы отдохнуть.
