Кодекс Императора II

У меня же всё будет иначе.

— Ты хорошо поработал, они подходят, — говорю я Кутузову.

Конечно, они подходят, я не увидел здесь никакой попытки меня подставить. Их еще проверят девочки из службы Алины, но сомневаюсь, что они что-то найдут, поэтому можно начинать работу.

— Благодарю, мой император! — Кутузов ударил себя кулаком в грудь.

У новобранцев были редкие, но стабильные дары. Достаточно слабые, но с хорошим потенциалом для развития. Если они будут верными и полезными для меня, то я смогу их прокачать за счет своего усиления. А Кутузов будет заниматься с ними своими тренировками. И очень скоро из этих ребят выйдет толк.

После осмотра гвардейцев я встретился с Алиной в саду, который располагался на территории дворца. Сегодня здесь было крайне мало людей — отличное место для беседы. К тому же служанка всегда заранее проверяла подобные места встреч на предмет прослушки, поэтому не придется даже к персиковому дереву идти.

— Господин, видела сегодня Разумовского. Бедный, — вздыхает она. — Всю ночь не спал. За что вы так с ним? — не выдерживает и смеется Алина.

— Ты не совсем права, спал он как раз очень крепко, куда крепче, чем обычно, — улыбаюсь я.

Для этого дела я привлек своего специалиста, которого нашел очень давно, когда мне было еще лет пятнадцать. У Эдуарда был настолько редкий дар, что за все годы перерождения в этом мире я не встретил второго человека с таким талантом. Он умел проникать в сны людей и управлять ими, как хочет.

Хотя я с шестнадцати лет владею возможножностью видеть, какой у человека дар, просто взглянув ему в глаза. Знаю людей с двумя дарами, у которых по документу числится только один. О втором либо они сами не догадываются, что бывает крайне редко, значит, дар настолько слаб. Либо же получен такими способами, которые не стоит афишировать. Например, с помощью вмешательства артефактов, или же ритуалистики — темные начала вовсе не поощряются.

А из ниоткуда дар может появиться лишь в некоторых случаях: от высшей сущности, при рождении, или же при какой-то невероятной удаче, например, человек попал в старое заброшенное место силы или нашел одушевленный предмет. Но в моем случае всегда приходится забирать этот дар у кого-то… насильственным методом.

— Надеюсь, канцлер не в обиде, — улыбаюсь я.

Алина возвращает мне улыбку.

— На вас нельзя обижаться, господин.

— Именно поэтому ко мне регулярно подсылают наемников, и я уже забыл, какая еда на вкус без примесей яда.

Ведь я уже воспринимаю его, как специи, не больше, не меньше.

— Чтобы решиться на нечто большее, он сперва должен точно понять, что это наших рук дело, — хихикает Алина.

— Дело не только в этом.

— А в чем, господин?

— Я стал активно действовать. Разумовскому это не нравится. Он не слепой и видит, что мои позиции растут.