Я не выйду за варвара (СИ)

Что случилось?

— Ее Светлость Анна Аврора пропала, — сказал он, — почти все стражники и служанки убиты, некоторые чудом выжили.

— Как пропала?! Что значит убиты?! — закричал я и роскошная ваза Эльратского дворца, не выдержав напряженной обстановки, быстро ретировалась на пол, громогласно объявив об окончании своего существования.

— Кто это сделал? Не могла ж она сама справится с пятью служанками и четырьмя стражниками?! Она же даже стоять без поддержки не сможет! У нее появилась отдышка от размахивания одной только несчастной статуэтки! — кричал я не в силах сдержать гнев.

Мы с братом и Малым Советом кинулись в покои Герцогини.

Моя будущая жена не могла это сделать. Герцогиня всего лишь юная девушка. Я знаю какого это убивать. Сделать это в первый раз очень непросто. Даже когда речь идет о противнике на поле боя. Не говоря уже о девятерых людях за раз. Она ненавидела меня, как возглавлявшего вражескую армию, но не простых людей. Их бы она точно не решилась убить.

Анна Аврора, куда же ты делась…

Мы ворвались в покои принцессы, как ураган, будто бы это что-то могло поменять, но увы. Там нас встретил лишь металлический терпкий запах крови и мертвые тела служанок и стражников.

Трое, которым удалось выжить, уже были в лазарете. Они потеряли много крови, поэтому шансы, что они придут в себя и скажут хотя бы что-то близились к нулю.

Алые брызги были повсюду: на мягких пурпурных креслах, которые валялись на полу, как напоминание о схватке; на светлых столиках и тумбочках, с которых были скинуты предметы; на портретах неведомых мне людей, молчаливых свидетелей произошедшего; на всем, что только можно было найти в этой комнате. Особенно в глаза бросались капли кровь на белоснежных стенах, покрытых вычурными вензелями и лепнинами, особенно у потолка.

Кстати, даже на нем были пятна. Вещи в вокруг разбросаны: посуда разбита, ее содержимое на полу. Там же валяется кочерга для растопки печи, которой видимо пыталась защищаться убитая служанка. Все говорило о том, что здесь точно орудовали какие-то звери.

Я с 13 лет участвовал в сражениях, поэтому меня абсолютно не тронуло это зрелище. И только тогда, когда мои глаза упали на кровать герцогини и заметили там пятна крови, мое сердце больно ударило по ребрам, еще бы чуть чуть и оно бы проломило не только их, но и мой нагрудный панцирь.

В этот момент мне едва ли не в первые со дня смерти матери стало страшно. Ком в горле мешал глотать воздух, воображение рисовало самые, что ни есть страшные картины. Мне очень хотелось верить, что это не ее кровь, ну или по крайней мере ранение ее не угрожает жизни.

У кровати валялась статуэтку грифона, которой еще час назад Анна Аврора грозно размахивала передо мной. Значит она сопротивлялась.