4
0— Давай, балбесик, изобрази нам еще кого-нибудь, повесели девушку!
— Он может стать кем угодно? — спросила я, когда кролик превратился в крохотную белую мышку и пушистым комочком пробежал по моей руке, защекотал шею и подбородок, и забавно запищал, когда я поймала его поперек живота.
— Мы все это можем, — сказал Сияваршан небрежно. — Балбес умеет превращаться лишь в животных, вот пусть и забавляется. А наше искусство уже не для баловства.
— Для чего же? — спросила я, обидевшись за безымянного духа, который обернулся белоснежным шмелем и ползал по моим пальцам, щекоча мохнатым брюшком. — Для того чтобы возить сани графа Близара?
Сияваршан хмыкнул — кажется, я задела за больное.
— Какой силой он заставил вас подчиняться? — я пошевелила пальцами, и шмель взлетел, сердито жужжа.
— Мы служим его семье еще со времен первого графа Близара, — пояснил Сияваршан, отмахиваясь от шмеля, который закружил вокруг него. — Граф Арчибальд был тот еще жук, и очень искусный в колдовстве. Но Николас смог превзойти и его, — он задумчиво щелкнул шмеля, и тот стрелой пролетел комнату, шлепнулся в стену, размазавшись белым пятном, а потом стек на пол ручейками, превратился в кота и, жалобно мяукая, заковылял ко мне.
— Вы поранили его! — ужаснулась я, подхватывая кота на руки и ощупывая, чтобы определить повреждения.
— Да он дурачится, — ответил Сияваршан с ревнивой досадой. — Прекрати, балбес! А ты не будь столь легковерной, крошка. Разве можно поранить зимний ветер?
Кот, чью хитрость разгадали, тут же замурлыкал и принялся тереться о мою щеку, как ни в чем ни бывало.
— И правда, вы все тут обманщики, — сказала я, сбрасывая кота на пол.
— Я тебя ни разу не обманул, дорогуша! — запротестовал Сияваршан, а белый кот превратился в белого суслика и просительно встал на задние лапы.
— И все же нехорошо, что такое милое существо без имени, — я сделала вид, что не услышала снежного духа и встала на колено, наклонившись к суслику. — Не надо больше звать его балбесом. Он ведь не виноват, что еще не умеет говорить. Он весь бархатный… — я погладила суслика. — Назовем его Велюто. Тебе нравится такое имя?
В ответ суслик так распушил шкурку, что стал похож на моток козьей пряжи.
— Ему нравится, — буркнул Сиваршан. — Сейчас до вечера будет по потолку скакать.
— Значит, будет Велюто, — подытожила я.
— Значит, надо отпраздновать! — Сияваршан потащил меня в кухню, подальше от кота. — Балбес получил имя! Это же событие! Попросим Нордевилля приготовить что-нибудь горячительное, чтобы кровь быстрее побежала по этим щечкам, — он хотел ущипнуть меня за щеку, но я успела увернуться. — Ну прости, прости, — добродушно извинился он.
