4
0Немного веры, немного терпения, немного ласки — и даже самый кислый характер становится терпимым.
— Это она про тебя, Близарчик! — тут же встрял призрак и захохотал. — А что, если мы тебя подадим под сахарной пудрой, с засахаренными орешками в ушах и…
— Исчезни, — бросил ему Близар, и Сияваршан, состроив обиженную гримасу, удалился. Однако двери прикрыл вовсе неплотно, и я была уверена, что он летает где-то поблизости.
Колдун посмотрел на пирог и попробовал еще.
— Угодила, — сказал он после третьей ложки. — Кто бы мог подумать, что Антонелли готовит, как заправская повариха.
Наверное, он хотел уколоть меня этими словами, но я только улыбнулась и присела в книксене:
— Моя мачеха позаботилось об этом, — сказала я сладко. — Она всегда говорила, что юной девушке важнее уметь печь пироги и варить густые супы, чем вертеть ногами и стрелять глазами на балах. А я-то, глупая, ей не верила!
— Так это мачеха тебя научила? — спросил он, покручивая в пальцах ложку. — Заботливая женщина, как я погляжу.
— Невероятно заботливая, — подтвердила я, чувствуя, что опять начинаю болтать вздор. — Ее доброта может сравниться только с вашей!
Он метнул на меня быстрый взгляд, а потом взял чашку кофе.
— Но именно этот пирог приготовлен по рецепту моей мамы. Я не знала ее родню…
Близар неловко дернул рукой, отчего кофе выплеснулся ему на колени. То есть даже не на колени, а чуть повыше. А если говорить совсем правдиво — то очень повыше. Скорее, чуть пониже живота. Будь кофе горячий — колдуну пришлось бы несладко, а так он только обругал себя за неуклюжесть и запоздало потянулся за салфеткой.
— По-моему, вам надо переодеться, — посоветовала я. — А я воспользуюсь вашим разрешением — и прогуляюсь. Вы ведь не возражаете?
И сделав на прощание еще один книксен, я удалилась вслед за Сияваршаном. Колдун не остановил меня, даже слова не сказал, а призрак и в самом деле был в коридоре — висел на факельном кольце. Увидев меня, он сорвался с места и кувыркнулся в воздухе, а белый мышонок выскочил из угла и заскакал вокруг меня, постепенно превращаясь в белого пса.
— По-крайней мере, на полчаса мы свободны! — объявила я и помчалась в свою спальню — за шубой и шапкой.
Сегодня солнце сияло так, словно решило вспомнить о весне, но мороз от этого слабее не стал и сразу ущипнул за нос и щеки. Но меня радовал даже мороз, и мы с Велюто тут же принялись носиться вдогонки по снегу перед замком. Я проваливалась по колено, и Велюто, дурачась, напрыгивал, норовя повалить. Сияваршан тоже не отставал, и подзадоривал то меня, то Велюто. Фаларис с Аустерией появились вместе и благосклонно наблюдали за нашей возней в снегу.
