3
0Если у Гильдии призывателей есть ко мне официальное дело, то настоятельно советую для начала встретиться с моим секретарём и изложить суть вопроса в письменной форме.
Келлард усмехнулся и посмотрел эльфийке в глаза.
– Ты знаешь, почему я здесь, Аланна. Иначе как объяснить столь… острое внимание к моей скромной персоне?
Он указал на сверкающие лезвия мечей и сложил руки на груди. Эльфийка сделала знак храмовникам, и те недоверчиво опустили оружие, сурово наблюдая за незваным гостем. Вопреки предостережениям жрицы, призывать армию демонов или творить массовые проклятия он пока не собирался. Да и посохом, закреплённым за спиной при помощи длинного ремня, воспользоваться не спешил.
– Настали дурные времена, когда жрицы уже не могут покидать своих покоев без верных рыцарей. Полагаю, ты слышал о том, что творится в городе.
– О том, что в Фэите восходит Новая Луна? – уточнил маг, поцокав языком. – Я думал, ты достаточно изобретательна, чтобы придумать какую-нибудь новую страшилку. Этой примерно столько же лет, сколько моей бабушке.
Лицо Верховной жрицы перекосилось от негодования. Хрупкие пальцы сжались в острые кулаки.
– Выходит, ты явился, чтобы оскорбить меня в моём собственном доме?!
– Не угадала, я пришёл справиться о здоровье твоей дочери Доннии. Мне донесли, что она плохо себя чувствует и совсем не выходит в Сумеречный сад.
– Тебе донесли? – вскинулась Аланна, подходя вплотную к магу. – Ты лжёшь, нечестивый колдун. У тебя нет ни друзей, ни слуг, ни шпионов. В твоём гадком подвале водятся лишь крысы и пауки!
– Прошу прощения, мой гадкий подвал был любезно предоставлен мне Храмом Ньир в обмен на услуги некромантов и алхимиков Гильдии.
– Убирайся вон, – прошипела женщина в лицо призывателю, – немедленно!
– Только после того, как ты сумеешь убедить меня в том, что Донния жива и здорова, – спокойно ответил он, не подумав отступить ни на шаг.
– С моей дочерью всё в порядке! – выплюнула она злобно.
За забором поместья, увитым плющом и диким виноградом, раздались громкие окрики возницы, стук множества копыт, визг бросившихся врассыпную детишек, что играли на мостовой. У ворот остановилась лёгкая карета, выкрашенная в цвета королевского герба, изумрудный и золотой. Услужливый кучер распахнул резную дверцу и тут же согнулся в подобострастном поклоне перед принцем Лорионом. Тот спрыгнул на тротуар и толкнул незапертую калитку ногой.
– Ваше Высочество! – ахнула Верховная жрица, приседая в поспешном реверансе.
Пепельные локоны её скользнули по плечам, когда она склонила голову, и Келлард невольно фыркнул. Его откровенно позабавили испуг и суета, охватившие в мгновение ока весь двор.
