2
0— Поцелуешь? — с лихой весёлостью спросил раненый.
— Нет! — наотрез отказалась Хрийз.
— Так и знал. Умная, красивая и не моя.
— Мы сейчас сдохнем, — сказала Хрийз. — Нас сейчас сожрут!
— Потому и спросил, — снова огонь, и падающие вокруг с глухим со стуком гнилые кости. — За «отложенное возмездие»… прости… Ты умрёшь на третьи сутки, княжна. От этого удара нет спасения…
— Я умру раньше, — Хрийз ничуть не удивилась новости. — Сам не видишь, что ли?
Девушка сжала рукоять ножа. Какой он стал удобный, растворяется после удара, чтобы вновь собраться уже в ладони. Непроявленный клинок, ха. А ведь пригодились тренировки-то. Как после них рука дрожала, а сейчас, гляди-ка, почти не дрожит.
— Прости, — младший Рахсим передвинулся ближе. — Я… дорого бы дал за то, чтобы прожить этот день иначе…
— Как прекрасно, — отозвалась Хрийз, вновь отправляя клинок в очередную кoстомару. — Я тоже!
— Прости, — ещё раз повторил он. — Я временами осознавал… всё.
— Продул поединок? — хмыкнула Хрийз.
Разговор приносил странное успокоение. Мир вокруг рушился, сЧай, Лилар, Сихар и старший Рахсим сражались за свои жизни и жизни раненых, даже Дахар умудрялась рвать в клочья проникающих под щит тварей. А они, Хрийз и младший Рахсим, словно ещё внутри одного кокона оказались. И было так важно… разговаривать. Просто разговаривать, пока ещё было у них время.
— Продул? — непонимающе поднял брови Девнарш.
Видно, вспоминать было не слишком приятно. Как кто-то явился и согнул в бараний рог принца крови, высшего мага к тому же. Заставил прыгать по своей команде. И теперь этому кому-то можно перервать глотку, контроль ослаб, да только кто же даст.
Магия часто срывает крышу на теме всемогущества. Трудно верить в карающее божество, когда покарать можешь сам — хоть огнём, хоть водой, хоть землёй засыпать или по воздуху развеять. Сжечь Светом, удушить Тьмой, утопить в Сумраке. Всё это ты можешь прекрасно сделать сам, особенно если будешь учиться, тренировать себя и развивать свой дар. В таких условиях от простого «я могу» всего один шаг до «я могу всё». И шаг второй — до «ворочу, что хочу, и никто мне в том не указ. Останови меня, если сможешь!»
— Пальцы из задницы у тебя выросли, светлость, — кривясь, выругался младший Рахсим. — Смотри, как надо, горе.
Но пока он показывал, как надо правильно складывать пальцы на рукояти ножа, к нему сзади подполз разрыватель и впился в ногу, кровь брызнула веером. Хрийз завизжала и начала бить ножом проклятую тварь, и продолжала кромсать её даже после того, как чудовище замерло, не подавая больше признаков жизни.
Всё вокруг как-то недобро стихло. Будто повернули рубильник, и дурное кино резко встало на паузу. Костомары замерли, подёргиваясь.
