6
0В августе собрался выехать во Францию, но обстоятельства не позволили.
Смиренин терпеливо выслушал Урумова. На его вопрос полковник так и не ответил. Тогда следователь спросил о другом:
— Ну как же... Хорошо знаю.
— Хотите с ним встретиться?
— Зачем? Чтобы показать ему своей персоной вашу работу?
— Не только! Хотя некоторым полезно знать, как работают чекисты. Главное — убедить его бросить бандитский промысел, выйти из леса.
Урумов задумался. Трудный вопрос ему задал Смиренин, но полковник не удержался и спросил:
— А потом отпустите? Или хотя бы сохраните жизнь?
— Отпустим, — твердо сказал Смиренин.
Урумов недоверчиво посмотрел на него и сказал:
Гуляев настойчиво предлагал Крикуну поискать фотокарточку Мацкова у местных фотографов. При этом он доказывал, что все адъютанты — щеголи, любители фотографироваться, позировать перед любой камерой, лишь бы запечатлеть свою персону во всех доспехах и подарить даме сердца.
Крикун не отвергал доводы Гуляева, но скептически, относился к такому плану своего молодого помощника.
— Ото, все фотографы узнают, кого шукаем, — заметил он, хотя Гуляев и уверял, что он сделает чисто.
Крикун наконец согласился, а сам обдумывал другие планы. В то время как Гуляев навещал фотографов, выдавая себя за сослуживца Мацкова, и интересовался, не сохранилась ли случайно пластинка-негатив приятеля, Крикун отправился в Павловскую и там занимался расследованием исчезновения Карася.
Жена Карася, убитая горем казачка, оставшаяся с тремя детьми, сама показать ничего не могла. Она допытывалась у Крикуна, не слыхал ли он чего-нибудь о пропавшем муже, подозревая, что приезжий интересуется неспроста и, наверное, ему что-то известно.
Крикун, видя ее заплаканное лицо, как мог, успокаивал и даже божился, что ничего не знает, куда запропастился Карась, потому и приехал в станицу, чтобы разобраться, поговорить с ней и людьми, у которых тот работал на мельнице.
— Вот скажи мне, куда девались хозяева твоего мужика?
— Та хто ж их знае. Мельницу продали, гроши в карман и тягу, а куда, — развела она руками, — не чуть.
— Так и «не чуть»? — усомнился Крикун.
— Може, шо хто и знае. Спросить у жинки, де жив Кривенко.
Крикун расспросил о женщине, у которой квартировал Кривенко, разыскал ее. Она оказалась еще молодой вдовой, жившей в достатке и не горевавшей о муже, погибшем в империалистическую войну где-то в Карпатах. Кривенко, как выяснил Крикун, обещал на ней жениться, но неожиданно и в большой спешке куда-то уехал, ничего ей не сказав. В кармане его брезентовой куртки, оставшейся в доме, она нашла неотправленное письмо, из которого узнала, как он ее обманывал.
— Кому было то письмо? — спросил Крикун.
— Все расскажу вам, як батюшке, — перекрестилась вдова.
