6
0Подступиться незаметно к одному из затерянных в лимане крохотному островку было очень трудно, поэтому операцию решили начать ранним утром, под прикрытием густого тумана. Чекисты пробирались с разных сторон на лодках и вброд, сквозь высокий камыш, как в тропическом лесу.
Обитатели острова, врангелевцы, находились в выгодном положении. Они обнаружили чекистов и открыли по ним плотный огонь. Завязался жестокий бой. На помощь оперативной группе поспешил отряд красноармейцев.
Во второй половине дня бой постепенно утих. Оставшихся в живых врангелевцев и бандитов, среди которых был и атаман Марченко, переправляли с острова на близлежащий проселок, где стояли лошади и повозки — транспорт участников операции.
Оперативнику Андрею Крикуну и его помощнику Юрию Гуляеву поручили доставить атамана в Ейск. Дорога предстояла не особенно дальняя, но опасная: не все бандиты в округе были обезврежены.
Солнце уже повисло где-то над тихой морской гладью Азова, приближались сумерки, а по проселку все еще тащился воз, на котором сидел понурый атаман со связанными руками. Крикун и Гуляев шли рядом, молча дымили отсыревшей махоркой. Они еще не отошли от пережитого во время напряженного боя, в котором потеряли двух своих товарищей.
— Куда и зачем везете? — зло спросил продрогший в мокрой одежде атаман Марченко.
— Куда надо, туда и везем, — ответил Крикун, — сиди и не тарахти.
— А чего мне?.. Все равно поставите к стенке, — пытался выяснить свою судьбу Марченко.
— Разберутся... Може, и поставят, — не скрывал положения Крикун.
— Давай тут, — заерзал по повозке атаман.
— Не торопись. Сначала назовешь своих корешов.
— Не достать их вам за морями. Пу́стите меня в расход, а всех казаков не перестреляете.
— А зачем их стрелять. Казаки за большевиков. А ты какой казак? Так... из чернильных душ! — сплюнул Андрей.
— Настоящий, из казачьего рода.
— Так об этом я сегодня в твоей листовке читал, — вспомнил Гуляев. — Там так и написано: «Кто ты такой? — Казак. — Какого происхождения? — Казачьего. — Ну, а какого звания? — Казачьего. — Да кто ж твои батьки? — Казаки!» Получается, никаких забот у казаков: сам казак и все кругом у него казаки. А это не так. Вот ты казак-атаман, бандит, а он — казак-большевик, — указал Юрий на Андрея.
— Улавливаешь разницу? — спросил атамана Крикун.
— Мы с богом за казачью волю и святое дело, — бросил гневно атаман.
— За какую такую волю? Рубить головы православным?.. — уцепился Крикун.
— Все начинай сначала, — сказал Гуляев с насмешкой. — Ничего не понял, ваше высокородь.
— А ты не пыжься. И тебя тоже поставят к стенке, — пригрозил со злорадством атаман.
— Это за что же? — удивился Гуляев.
— Николка-то твой на нашей, на казачьей стороне.
Крикун и Гуляев настороженно переглянулись.
