6
0Он много знал, участвовал в преступлениях…
— Отпустите меня! Дайте мне отдохнуть, изверги! У меня сейчас лопнет голова!
— Хорошо, отдохните, — согласился Краснов, глянув на Русанова. — Подумайте. Нам, как вы видите, известно многое, почти все. В деталях мы разберемся. Но советую вам: не берите себе в помощники молчание.
«Шиш тебе, а не признания, — думала быстро успокоившаяся Валентина, когда ее вели в камеру. — Наговаривать на себя я все равно не буду. Разбирайтесь, доказывайте. Мужики убивали Тольку, не я. Пусть они и рассказывают. У Гонтаря руки длинные, и тут меня достанет». Предупредила же контролер-надзиратель по их коридору — мол, девка, привет тебе с воли, держи язык за зубами. Поняла?
Чего тут не понять?! И ясно, от кого «привет». И про Битюцкого она зря, дура, ляпнула. Ох как зря! Чекист этот ее на пушку взял, а она и поверила. Да не знают они ничего и не узнают. Семен молчать будет, а ей сам бог молчать велел. Если все раскроется…
Щелкнула за спиной Валентины тяжелая железная дверь, сокамерницы подняли на нее равнодушные, озабоченные своей собственной судьбой глаза, немо спрашивали: ну что там? как дела? Но Валентина не стала никому ничего рассказывать. Плюхнулась животом на койку, зарылась лицом в дурно пахнущую подушку, разрыдалась. Будьте вы все прокляты!…
Битюцкого Русанов и Краснов задержали в этот же день, к вечеру. Условившись со следователем прокуратуры о месте встречи, Виктор Иванович в сопровождении Коняхина и Кубасова отправился в управление внутренних дел. Краснов ждал уже у входа.
Предъявив милиционеру свои служебные удостоверения, они поднялись в лифте на четвертый этаж, прошли мрачноватым длинным коридорам, остановились у двери с черной табличкой: «Начальник управления БХСС». Место, где должна быть фамилия, пустовало.
Секретарша Битюцкого подняла на вошедших строгие глаза, сказала, что Альберт Семенович говорит по телефону с Москвой, надо подождать, на что Виктор Иванович спокойно уронил:
— Ничего, мы там, в кабинете, подождем.
Все четверо вошли в кабинет Битюцкого, сели у стола. Альберт Семенович, действительно говоривший по телефону, глянул на вошедших, лицо его изменилось. Он быстренько свернул разговор, зачем-то поправил форменный галстук, спросил притворно-радушно:
— Виктор Иванович?! Чем обязан?
— Да вот, в гости к вам зашли, Альберт Семенович… Что это на дверях фамилия ваша не значится?
— А… Да так, знаете ли… Кому надо, найдут и без фамилии на двери.
— Это уж точно, — согласился Русанов и положил перед Битюцким постановление на задержание.
Битюцкий глянул, поднялся. Встали и чекисты — не выкинет ли чего-нибудь арестованный? Но Битюцкий вел себя спокойно.
— Я знал, что ты придешь, Виктор Иванович. Только не знал, когда именно.
