3
0Она разделась, сняла пояс, сшитый собственными руками из прочного зеленого материала, похожего на брезент, решила, что сегодня же пришьет пуговицу, завтра пояс снова понадобится. Там, в укромном местечке изолятора брака, которым она заведовала, было у нее припасено еще килограмма три отходов, нужно вынести, не дай бог, кто наткнется.
Послышались шаги на веранде, Валентина быстренько сунула пояс в шкаф, накинула халат. Но встревожилась она напрасно, пришел Анатолий, с сумрачным каким-то лицом, с сумкой в руках. Она внимательно глянула на него: что, мол, случилось? Да ничего, был ответ, голова что-то болит. Она хорошо уже знала своего мужа, решила не приставать с расспросами, он потом и сам все расскажет. Она только спросила, чего это он раньше сегодня, на что Анатолий невнятно как-то объяснил: шла машина из части в их сторону, он подъехал, потому и время сэкономил.
Из принесенной домой просторной сумки Анатолий стал выкладывать какие-то вещи. Валентина и не поняла сразу, что это, что-то военное. Подошла, взяла В руки — два противогаза.
— Зачем это? — спросила с веселым удивлением.
Анатолий пожал плечами, буркнул: «Пригодятся», и она не стала спорить — ему виднее. Но подумала, что зря он весь этот хлам тащит домой, в сараюшке-пристройке и так уже негде повернуться, уж лучше бы нес что-нибудь путное.
Анатолий пошел умываться, а она занялась ужином. Решила, что сегодня они поужинают с вином, захотелось что-то. День был удачным, на работе без нервотрепки нынче обошлось: отправлена в Москву, на завод по переработке вторичного сырья и отходов, партия ящиков, шесть штук, с липовыми сопроводительными накладными. Но перевешивать, как обычно, никто отходы не стал, никому это не нужно, ей верят, ящики благополучно опломбировали и отвезли в транспортный цех. А она еще и пояс с деталями прихватила. День действительно был удачным.
Она хлопотала на кухне, слушала радио, которое в этот вечерний час сообщало областные новости, думала об Анатолии. Решила для себя, что развеет какие-то невеселые его мысли. Кровь у нее сегодня отчего-то бурлила, хотелось, чтобы и Анатолий был весел, не хмурился, чтобы и у него было хорошее настроение. И она сумеет его развеселить.
Анатолием она была довольна. Руки у мужика золотые, все в доме в первый же год переделал — и отопление водяное перебрал, и новый газовый нагреватель поставил, и железо на крыше заменил (они с ним белое, оцинкованное, достали). Потом он за пристрой взялся: чего, мол, гараж хламом всяким занимать, мешать машине. Она не возражала — пожалуйста, делай, ты хозяин. Знала, что этими словами льстила ему, хозяином в доме он никогда не станет, но пусть думает так да делами занимается, а все остальное — ее забота.
