6
0– А вы сможете доставить ей розу в сохранности? – спросила я, поддавшись порыву. – Не хочу, чтобы она погибла в пути, все же я всю зиму старалась их оживить. – Джереон кивнул, но в глазах остался вопрос. – Моя мама любила заниматься этими розами. А у меня сталось не так много вещей в память о ней.
Герцог кивнул и предложил начать занятие. В этот раз он учил меня чувствовать землю. Её структуру и обитателей. Никогда не любила насекомых, но в магическом плане они выглядели, как маленькие огоньки жизни.
Занятие пронеслось, как один миг. Но усталость после него была ощутимая. Перед уходом сбегала в подсобку за секатором и отрезала распускающуюся розу. Джереон сразу укутал её магический кокон. И мы направились в столовую.
В этот раз вовремя трапезы племянники были более разговорчивые. Роланд даже попросил у Джереона прокатиться на его черном красавчике. И герцог не отказал. И уже после пробного заезда Роланда Джереон строго настрого запретил подходить к коню самостоятельно. Так что сегодня мы провожали де Ревиля всем семейством. И да, небольшая досада на это обстоятельство, в душе затаилась. Хотелось на прощание перекинуться парой слов без лишних ушей, но не срослось.
Я так умоталась за последние дни, что всю дорогу до города продремала. Проснулась, только когда Лукаш потряс меня за плечо. Ландо уже подъехало к ратуше. На крыльце я разглядела Авелье, и он тут же меня засек. Просто потому что нет больше таких сумасшедших, которые весной разъезжают в открытом экипаже. Потерла лицо ладонями и сняла меховую шапку, нацепив белый ажурный берет. Поднялась и, скинув манто, закуталась в плащ. А после улыбнулась Кристоферу.
– Подожди меня здесь с дядей Тимом. – напомнила я ему. – Мы сразу после совета съездим к вам домой. Обещаю.
Лукаш уже протягивал мне руку, чтобы помочь спуститься на землю.
– Добрый день, виконтесса, – поздоровался Маркус.
– И вам доброго дня, господин Авелье. Как у нас дела с продажами в столице? – спросила я, подмечая, что Лукас забрал короб с пробниками из сундука. И пока Маркус распинался об ажиотаже вокруг пломбира и крем-брюле, я кивала головой.
– Кстати, вот образцы непромокаемой бумаги, – он протянул мне несколько листов бумаги. – Выберите подходящий, и я договорюсь о массовом производстве. – я кивнула и, ощупав листы, выбрала тот, что на глянцевую обложку журналов похожа. Маркус кивнул и продолжил. – Насчет патента, вы будете выступать второй, так что члены совета не успеют заскучать к этому времени.
Я поморщилась: не любила я эти публичный выступления, но куда деваться. Уже в ратуше перед залом, где проходит совет, столкнулась с Джереоном.
