Проказник в изумрудах [Изумруды на завтрак]

А твое хозяйство тут…

Старуха открыла очередную дверь. Поначалу Лола подумала, что тут тоже склад, потому что в комнате были свалены какие-то странные предметы, но старуха толкнула ее в угол, где стояли ведро, швабра и валялись какие-то тряпки и банка с дико воняющим порошком.

– Вот, все тут! Приступай!

Лола вздохнула, потянула на себя тряпку, нечаянно оступилась, схватилась рукой за выступающую часть какой-то конструкции, вся куча угрожающе зашаталась.

– Берегись! – заорала старуха, бросаясь к двери.

Лола едва успела отскочить, как орясина рухнула на пол с ужасающим грохотом.

Когда улеглась пыль, старуха выглянула из двери.

– Жива, а что это было? – Лоле даже не понадобилось разыгрывать изумление.

– Да тут, понимаешь, раньше институт научно-исследовательский был… – Бабка подошла ближе. – Это вот от него осталось. Его расформировали, частично в другое место перевели, а это барахло бросили. Вот эта штука называется стенд, раньше на стене висела…

Лола осторожно подошла к лежащему стенду. Наверху большими буквами было написано: «Наши достижения». Далее располагались наклеенные фотографии.

Кое-где фотографии были оторваны, кое-где бумага на стенде запачкана, подписи стерлись, но одна фотография привлекла Лолино внимание.

Она узнала на ней Камиллу. Хоть и моложе лет на пятнадцать, но узнать можно – тот же взгляд и поворот головы. Надо признать, что сейчас она выглядит лучше – еще бы, сколько сил и денег небось на себя потратила. Рядом с ней мужчина, тоже молодой, довольно привлекательный, уж не Горбушин ли это? А вот и еще знакомое лицо. Ба, да это Сеня-лопух собственной персоной. И Светлана тут же. Ну да, они ведь все вместе работали в этом «Микроне».

Ниже фотографии была аккуратная подпись: «Коллектив лаборатории номер семнадцать под руководством начальника Сереброва И. В. успешно сдал заказ».

Какой заказ, Лола не поняла – как раз в этом месте было оторвано.

– Что смотришь, нравится? – спросила старуха, неслышно оказавшись рядом. – Эх, время было! Я ведь в этом институте лет тридцать отработала. В охране, сменами. Бывало, сидишь на вахте в проходной, а они бегут. Кто опаздывает уж как просят, унижаются, но я никогда никого не пропускала. Раз не положено – значит, не положено! Опоздал – сдай пропуск, а потом получи выговор от начальства! А если три выговора, то и уволят по статье! И все от меня зависит, вот как.

– Да вроде мне этот дядька знакомый. – Лола наугад ткнула в середину, где сидел немолодой полноватый дядечка в костюме, очевидно, это и был начальник лаборатории.

– Этот? – Старуха фыркнула. – Никак не можешь ты его знать, потому как сидит он.

– Сидит? – удивилась Лола. – Где сидит?

– Не знаешь, где люди сидят? – прищурилась старуха. – В колонии строгого режима.