Помощница для профессора (СИ)

Конвойный провел нас в кабинет, а следователь гнусно усмехнулся, увидев меня. О, я знала эту снисходительную усмешку. Пришлось вспомнить, что на нашей работе нужно быть не человеком, а роботом, как Исаев. Поэтому я говорила кратко и отрывисто, сохраняя в голосе стальные требовательные интонации.

Сразу после допроса я подала прошение на освобождение под залог. Чистосердечное признание давало почти стопроцентное одобрение.

Нам с Ником даже разрешили пообщаться после следственной беседы, хотя время вышло. Я хотела подбодрить его и рассказать о том, что будет происходить дальше, когда явился Рома.

— Привет. Как все прошло? — спросил он, присаживаясь за стол возле меня, напротив Ника.

И тут нашего подзащитного прорвало. Я видела, что он на грани, но списывала это на ситуацию в целом, а оказалось, его беспокоило нечто конкретное.

— Рома, мать твою! Какого хрена ты вытворяешь? Почему на допросе присутствовала она?

— Она моя помощница и будет вести твое дело, — спокойно объяснил Исаев. — Под моим контролем, разумеется.

— Да ты рехнулся, друг мой? Я плачу конские бабки, чтобы твоя шлюха на мне тренировалась? Это гребанное свинство, Исаев!

У меня запершило в горле.

Шею словно стянуло тугим жгутом. Я издала какой-то жалкий звук, не смея даже возмутиться или опровергнуть. Что тут скажешь? По большому счету Ник прав.

— Ты свою подстилку натаскивай на ком-нибудь другом, Рома. Что за гребаная подстава?! — вопил фальцетом Ник. — У меня тут вопрос жизни и смерти.

— У всех моих клиентов такие вопросы, Николай. Или мы работаем по моим правилам, или можешь искать другого адвоката. К слову, тебя, скорее всего, завтра выпустят под залог. Благодаря Насте, которая без проволочек подала прошение.

Очень тебе советую проникнуться благодарностью и раскаянием к следующей вашей встрече. Идем.

Последнее Рома сказал мне и вышел из кабинета.

Я засеменила следом, все еще немая и ошарашенная. Пожалуй, огромной личной победой было то, что я не разревелась. Все-таки паршивый вышел из меня робот, раз слова Ника я приняла так близко к сердцу. Боялась следователя, а в итоге дерьмом меня облил собственный же клиент.

Ох, да кого я обманываю. Клиент он Ромин, а дерьмо, в принципе, чистая правда. Какой смысл на нее обижаться?

— Ром, может, Ник прав? — робко проговорила я, когда мы сели в машину и тронулись.

Исаев резко повернул голову, пронзая меня горящим от возмущения взглядом.

— Это не то дело, где мне можно практиковаться, пробовать силы. Я благодарна тебе, очень, но…

— Но ты тупая и бесхарактерная кукла, которая годится только греть мне постель?

— Нет? Все же нет, Насть? Ну, отлично. Я смотрю, ты в этом уверена, раз так быстро и четко отвечаешь. Я сказал Нику и повторяю тебе. Не хочешь — не надо.