0
0— буркнул Морожин, склонившись над доской и усиленно соображая. Выиграв один раз, он вдруг оказался обуян честолюбивым желанием наказать своего партнёра по шахматам и второй раз. Кажется, он видел, что захваченный своими разглагольствованиями староста допускает в игре ошибку за ошибкой.
— Вот и ещё раз дурак ты, Морожин! — с торжеством сказал тот, — Александра Македонского знает весь мир, знает тысячелетия, а про расплодившееся потомство сраного крестьянина не знает никто! Ну и кто бОльший след на земле оставил??
— Крестьянин, конечно! — повторил упрямо Морожин, — Македонский твой кто? По сути захватчик и убийца.
— Империю он создавал, Морожин! Империю! Огнём и мечом!
— Во-во. «Огнём и мечом». Типа как Гитлер. Тот тоже — «империю»… А хрестьянин тот… он все эти столетия… в смысле и он, и его дети, потомки, выращивал и кормил всех… этих вот, в том числе и завоевателей. Много бы они назавоёвывали, не будь у них чо пожрать? А кто кормил? — хрестьянин. И ево дети. А эти — «завоёвывали»… Так накой они нужны? И за что их почитать? За то что убийцы были «великие»? Да пошли они!.
— Не дам. Мой ход, говоришь… Ох ты… загнал, значит. Ах ты падла, Морожин…
Наступило молчание. Староста склонился над доской и, судя по всему, в свою очередь стал усиленно соображать, как выбраться из расставленной Морожиным ловушки. Морожин потянулся, с сожалением посмотрел на свой обсмоленный до фильтра окурок в блюдце, и взял с полки за спиной какую-то книгу, принялся листать. Долгое время ничто не нарушало тишину.
В глубине души Артиста, по мере того как он вникал в ситуацию на доске, глухим комом поднималась злость. Этот тупой урод, Морожин, мало того что не как обычно не стал признавать правильность логических построений в речи Артиста, как это всегда бывало, так ещё и хорохорится, какие-то свои «доводы» выдвигает… тупые! Да ещё, кажется, загнал короля в угол, и как не двинь… тут ладья, тут слон. Рокировка тоже не поможет… Сссука! Второй раз выиграет?? Это что же получается?.. В висках знакомо запульсировало, как будто забили маленькие молоточки, начали чуть дрожать нервные пальцы рук, реагируя на выделяющийся адреналин.
В глубине знакомо ворохнулся Дьявол. Потянулся, взглянул на окружающее глазами пока ещё Артиста.
— «Перед кем ты распинаешься? Перед этим деревенским ничтожеством? Сидит, книжку листает — да он, небось, и читать-то не умеет уже! Разучился. А ты!..
