48 причин, чтобы взять тебя на работу

Это был нервный год, – произнес он, а после, на мгновение задумавшись, особенно шумно вдохнул запах моих волос и добавил: – Я скучал по тебе и по твоему запаху. Никогда бы не подумал, что можно скучать по аромату женщины.

– Мне так много нужно тебе сказать, – продолжал Томас. – Оправдаться. Попросить прощения…

– Не хочу слышать. Ты сам говорил, что не умеешь этого делать. Поэтому не стоит даже начинать.

– И все же… – выдохнул он. – Я бы хотел попытаться, но не здесь…

Отстранилась от него, подняла глаза, чтобы встретиться в упор с блеском карих глаз.

– Предлагаешь мне уйти с дня рождения собственной сестры?

– Что-то мне подсказывает, она не обидится, – на его губах расцвела та самая знакомая и ехидная усмешка.

– Нет, – отрезала я и собралась выпутаться из его рук. К черту этот танец.

Он как-то по особому тяжело вздохнул, притянул меня ближе к себе, прижал так, что перехватило дыхание, а потом произнес в самые губы:

– Тогда ты мне не оставляешь выбора. Если план "А" провалился, придется переходить к более кардинальным мерам.

Он подхватил меня за талию и перекинул через плечо как тростинку. Я взвизгнула и одновременно с этим забарабанила по его спине руками.

В зале раздались ободряющий свист и аплодисменты. Все гости Шин подбадривали Томаса в его действиях. Мужчины показывали ему большие пальцы, а девочки завистливо вздыхали, глядя на меня.

И только Шин, молча и с улыбкой от уха до уха, доедала трофейный торт, провожая нас светящимся от счастья взглядом.

Каким же я был идиотом, если не понимал, что самое лучшее утро – это утро с правильной женщиной. Я подтянул сонное и немного сопротивляющееся тело Алисии к себе, вдохнул ее одуряющий запах и довольно сощурился. Моя девочка что-то недовольно пробурчала, попыталась извернуться и поглубже зарыться в подушку, но у меня были решительно иные планы на это утро. Мне хотелось целовать каждый сантиметр ее божественного тела и вновь увидеть этот задорный блеск в глазах, как вчера ночью.

Теперь я точно знал, что никогда ее не отпущу. Потому что все, чего хотелось – это прижать, привязать, чтобы никуда не делась. Возможно, новым контрактом. Брачным.

Я потратил год, чтобы выбросить ее из головы. Хотел отпустить, но не смог.

Охотился на мышку я, а в ловушку попал сам. Окончательно и бесповоротно.

Алисия под моими руками завозилась и открыла глаза. Несколько коротких мгновений мне казалось, что она, как прежде, испугается, отстранится покраснеет, но нет. Она лишь посмотрела на меня, потом на часы на тонком запястье, на мгновение напряглась, а после вдруг расслабилась и выдала:

– Я опоздала на работу.