Топить в вине бушующее пламя печали

Несчастных опаивали наркотиками и похищали, это и называлось «смахнуть/срезать/потрепать цветы».

Иногда ему казалось, будто он погружается в море крови, и зловоние вокруг него становилось все гуще и гуще. Иногда он испытывал такое сильное желание убивать, что, крича, отрубал одну голову за другой, чего никогда ранее не делал.

В огне сражения он чувствовал лишь холод, инстинктивно склоняясь к единственному источнику тепла. Им была пара рук. Сначала это были нежные, но покрытые шрамами руки маленького ребенка. Затем пальцы медленно удлинились, а ладонь покрылась мозолями.

Во сне ему казалось, что он прожил множество лет и никогда не расставался с этими руками.

Вдруг он почувствовал, что этот кто-то сильно пострадал. Чужие пальцы внезапно разжались и отпустили его. Сюань Цзи все еще пытался дотянуться до владельца этих рук, однако, только удалялся от него все дальше и дальше. Вспышка невыразимой печали захлестнула его сердце, и острая боль разлилась по всему телу.

Сюань Цзи проснулся в холодном поту. Подобравшая их машина уже остановилась у ворот отеля. Разрывающая сердце боль все еще не утихла.

Его взгляд был прикован к Шэн Линъюаню. Молодой человек сидел, прислонившись к окну.

Возможно, он просто вырвался из кошмара «обратного течения». Но, когда он увидел Шэн Линъюаня, он почувствовал себя таким счастливым, что едва не заплакал.

Затем он увидел улыбку Шэн Линъюаня.

«Твой сон был очень интересным».

Сюань Цзи лишился дара речи.

Третьего же дядюшку, его разум превратился в кабриолет, а рядом, как не кстати, находился самый настоящий подонок с дурными намерениями!

Душа Сюань Цзи вернулась на свое место. Скрепя сердце, он стиснул зубы и взял свои мысли под контроль.

 Опустошив свой разум, он принялся перечислять названия блюд пока, наконец, не осознал, что голоден. Он не был привередливым обжорой. За десять лет жизни в этом мире он научился откладывать деньги, чтобы позднее сходить куда-нибудь поесть и выпить. Он перепробовал все виды тушеной курицы в соевом соусе, измельченное мясо в винном соусе, консервированные яйца и даже рубец. Стоило ему только вспомнить название блюда, как в его памяти тут же всплывали его вкус и запах.

Шэн Линъюань промолчал.

Вскоре их машина въехала на территорию гостиницы, обслуживающий персонал уже ждал у входа.

Изначально, Шэн Линъюань намеревался немного подразнить маленького демона, но, едва выглянув в окно, он был так ослеплен великолепным вестибюлем отеля, что забыл, как говорить.

Факты свидетельствовали о том, что все древние люди, будь то даже Его Величество владыка людей, сталкиваясь с вещами, которых они никогда раньше не видели, превращались в кого-то вроде деревенского увальня.

Потрясенный Шэн Линъюань вышел из машины.