Топить в вине бушующее пламя печали

Увидев, что он без колебаний бросился к пещере, Шэн Линъюань тут же попытался его остановить:

— Подожди минуту, что ты хочешь сделать?

— Разве ты не видишь тут целую стаю бабочек, преследующих меня? Черт возьми, это даже звучит ужасно.

— Зачем ты бежишь от бабочек? Они не могут паразитировать на тебе, ты принадлежишь к родословной огня, — сказал Шэн Линъюань.

— Они могут паразитировать на этом человеке! — Сюань Цзи ворвался в пещеру и опустился на землю. Его крылья превратились в яркое пятно света и исчезли. — Алло, старший! Ты заметил, что здесь есть еще одно живое существо и он все еще дышит? А еще он горячий и воняет!

— Этот человек — мошенник.

Он не похож на невинную жертву, почему тебя должно это волновать? — тон голоса Шэн Линъюаня стал настойчивее. — Не ходи дальше!

Сюань Цзи вдруг уловил в его словах что-то странное. Шэн Линъюань никогда не говорил с такой скоростью. Его голос звучал крайне неуверенно.

— Старший, только послушай себя, — намеренно растягивая слова, протянул Сюань Цзи. — Как низко так говорить! Я — уполномоченный Управления. Разве прилично посылать в кучу бабочек обычного человека?

— Немедленно прекрати! — Шэн Линъюань говорил тихо, но в его голосе отчетливо чувствовались слабые нотки гнева.

— Старший, в чем дело? Ты знаешь, что находится в этой дыре?

— Раз уж ты опасаешься этих бабочек, то должен понимать, что там, куда они не осмеливаются соваться, не место любителям развлечений. Выходи, и я постараюсь вывести тебя отсюда.

— Ты постараешься? Ты знаешь, как отсюда выбраться?

— Внутри шаманского кургана есть алтарь, — на мгновение потеряв над собой контроль, выпалил Шэн Линъюань. Но уже через секунду к нему вновь вернулось его спокойствие и мягкость.

 — Я хотел, чтобы эти кости отвели нас туда. В алтаре есть механизм. Если поклониться ему — откроется потайной проход, по которому можно будет выбраться на поверхность. Мы уже прошли полпути, но этот человек испортил нам все планы. Алтарь должен быть совсем рядом. Будь умницей, послушай меня. Возьми его и уходи. Ты принадлежишь к родословной огня, бабочки не тронут тебя.

Как только он открыл рот, его голос, казалось, обрушился на Сюань Цзи. Он звучал глухо и смутно, будто заманивая.

Это не сулило ничего хорошего.

У Сюань Цзи заложило уши, а в глазах защипало.

Юноша вдруг отчетливо понял, почему Би Чуньшэн обезумела, когда Шэн Линъюань спросил ее: «Кто тебя обидел?». Этот человек, казалось, обладал какой-то странной магической силой. Его слова были подобны тонкой сети, которую он умело набрасывал на окружающих. Это заставляло людей думать, что они любят его всем сердцем. Все обиды, душевные страдания и печали, о которых они никогда никому не рассказывали, они готовы были излить ему.