Черная магия в белый горошек

Ему было страшно, невыносимо страшно!

Зачем, зачем он вырос, стал взрослым, влез в этот кошмарный бизнес? Как хорошо было в детстве, когда ни о чем не нужно было думать, когда за него все решали взрослые умные люди. Когда все было так просто и уютно! Когда можно было заплакать – и тут же его принимались жалеть и утешать.

Неожиданно за дверью кабинета послышались приближающиеся шаги. Тяжелые шаги, неотвратимые, как сама судьба.

Александр Борисович побледнел еще больше, если только это было возможно.

Неужели его ужасные посетители возвращаются? Неужели этот кошмар начнется снова?

Дверная ручка медленно, с душераздирающим скрипом повернулась.

Директор еще глубже вжался в спинку кресла и в ужасе уставился на дверь кабинета.

Дверь распахнулась, но на пороге появился не тот, кого он так боялся, не его кошмарный гость со своими спутниками. Нет, в кабинет вошли двое грубых, мрачных мужчин самого уголовного вида, но обычных! Без рогов и копыт, без запаха серы, без попугаев и котов и без живых, бойко двигающихся по паркету шляп.

– Капитан Ананасов! – представился один из вошедших, сурово глядя на Александра Борисовича.

– Капитан Гудронов! – подхватил его напарник и подошел к самому столу.

– Что же это вы, – начал Ананасов, сверля несчастного директора мрачным взглядом, как электрической дрелью болгарского производства. – Что же это вы, господин хороший, себе позволяете? Нехорошо. У вас совесть есть?

– Вот именно – совесть у вас есть? – подхватил второй, тот, который представился Гудроновым.

– Есть, – взвизгнул Александр Борисович и выскочил из-за стола. – Есть у меня совесть! Все, что угодно, только не уходите! Все вам расскажу, только не оставляйте меня одного!

– У него, между прочим, семья есть, – дожимал директора капитан Ананасов. – Жена, очень, кстати, хорошая женщина, и дети. И теща очень достойная. А он… такой удар! Прямо по голове! Черепно-мозговая травма.

Это было некоторое преувеличение: шурин Гудронова отделался легкими ушибами, но Ананасов хотел впечатляющими подробностями воздействовать на несговорчивого директора."

"– Я не знал, – всхлипнул директор. – Я не хотел его убивать, совсем не хотел. Я его пригласил только для разговора, а он стал упираться. Я его ударил нечаянно…

– Убивать? Не хотел? Ударил? Нечаянно? – недоуменно повторил за ним капитан Ананасов и растерянно переглянулся со своим бравым напарником.

– Я никак не думал, что он умрет, – продолжал, всхлипывая, Александр Борисович, – а потом уже затащил его в эту будку. Я испугался. Я не знал, что делаю…

– В какую будку? – удивленно переспросил Ананасов, который всего лишь хотел пристыдить нечестного страховщика и заставить его оплатить ремонт злополучного «Пассата», пострадавшего от Сониных зубов.