Скверный маркиз

Она уверовала также в благодетельную силу сна, который был Руперту полезнее всех иных манипуляций над его телом и снадобий…

Тем утром Руперт проснулся в необыкновенно хорошем настроении и справился с довольно существенным завтраком, однако через несколько минут перестал болтать о том, чем займется в армии, и крепко уснул.

Зная, что теперь он проспит несколько часов кряду и проснется лишь в середине дня, Орелия на цыпочках вышла из комнаты и с облегчением, за которое ей ничуть не было стыдно, подумала о том, что на какое-то время она свободна — все же дни ухода за беспокойным больным не прошли для нее даром, она очень устала, причем не только от забот и хлопот, а и от мыслей и огромного душевного напряжения, какого потребовали от нее все последние события ее жизни, а не только эпизод с Рупертом. Заняться новыми платьями было в этот момент для нее очень отрадно, это было прямо-таки спасительной мерой! Какая молодая особа — да и женщина в любом возрасте — останется равнодушной к возможности обновить свой гардероб? Это всегда вносит в жизнь новые краски и ощущения.

Впрочем, сейчас ей, Орелии, просто необходимы новые платья! Кэролайн пообещала отдать ей несколько своих нарядов, но сама она еще не получила новые туалеты, заказанные для приданого, а при обилии светских визитов ей необходимо было блистать туалетами, которых у нее было пока, в общем-то, не слишком много. Так что портняжное искусство, которому обучила Орелию милая, добрая, мастерица на все руки Сара, так любившая наряжать ее в сшитые ею самою платьица, сейчас как нельзя более ей пригодится!

Делать что-то своими руками — это очень приятно и очень успокоительно, Орелия это заметила уже давно и прибегала к этому верному способу всякий раз, как начинала испытывать малейшее душевное беспокойство или тревогу, а что уж говорить о серьезной сердечной смуте, которая свалилась на нее недавно…

И Орелия светло и грустно вздохнула — незримое присутствие Сары стало для нее уже постоянным, та словно рядом с нею жила, постоянно пребывая по всех ее мыслях и чувствах, Саре можно было даже пожаловаться, если приходилось совсем уж несладко.

Еще немного подумав о Саре, Орелия опустилась на колени, разостлала на ковре гостиной муслин, тщательно разгладила ладонями ткань и углубилась в подробное изучение фасона одного из парижских платьев Кэролайн — оно висело перед ней на спинке стула.