2
0Но прежде чем высмотреть эту женщину из сонма других, он должен неизбежно испытать много разочарований. Вот я их и испытал… Сколько же их было… Страшно вымолвить… Но все те женщины, о которых ты мне говоришь, уже на второй встрече с ними скучны… С ними невозможно испытать настоящего счастья на долгие годы! А тем более — приятного удивления…
— Вот сейчас мне с тобой не просто хорошо, а интересно… — протянула Орелия радостно. — А в чем для тебя счастье? — неожиданно для себя вдруг спросила она. Ей хотелось слушать его и слушать… До этого ей было интересно слушать дядю Артура, когда он рассказывал ей что-то из античной истории или искусства. Маркиз говорил с ней совсем о другом, о мало знакомой ей стороне жизни, и потому ей было сейчас особенно интересно. Даже волнующе…
— Видишь ли, — не ушел от ответа маркиз, — мужское счастье и женское, это разные виды счастья!
— Да? И какое же каждое? — настороженно оживилась Орелия.
— Мужское счастье — в удовольствии удовлетворения… — Он улыбался.
— Женское — в удовлетворении удовольствия…
— Как же это я должна понимать?
— Очень просто. Счастье мужчины состоит в том, чтобы делать, что хочешь. А женщина, чтобы быть счастливой, должна просто хотеть делать то, что она делает!
— Очень мудрено, но мудро, — звонко рассмеялась Орелия. — А как же мужчина и женщина совпадают в одном общем счастье, если полюбят друг друга?
— Вот именно — они совпадают, когда полюбят друг друга! Тогда они становятся одним целым, и мужчина получает свое законное удовольствие, а женщина хочет делать все то, что она делает для мужчины, которого любит… Все сходится, как в пасьянсе!
— Значит, встреча людей, которые полюбят друг друга, не более чем пасьянс?
— В каком-то смысле да. Так и есть.
— А разве просто? Вспомни, сколько ходов ты должна сделать, пока этот пасьянс сойдется!
— А знаешь, милый… Ведь все так верно, что ты сказал сейчас! Но только думать так — это как-то…
— Увы, это объективный взгляд на жизнь. Но ты, если хочешь, можешь сказать о настоящей любви по-другому. И я буду только рад это услышать… Да я и сам иногда говорю совсем по-другому о том, что чувствую…
— Ты абсолютно правильно чувствуешь! Как так выходит, что ты все-все про меня уже знаешь? Значит, потому я и есть для тебя вторая твоя половинка?
— Да, потому.
