2
0— А что сказал регент? И все общество, которое собралось в церкви?
— Когда я объяснил регенту, что случилось, Принни увидел в этом забавное приключение и очень обрадовался, что свадебный завтрак не пропадет… — И с лукавой искоркой в глазах маркиз добавил: — А что касается собравшихся в церкви, то они получили пищу для обсуждения и почувствовали большое удовлетворение, полагая, что впервые в жизни «скверный маркиз Райд» получил от ворот поворот, и так ему и надо, вот только жаль, что возмездие заставило себя долго ждать!.. Тем не менее все были в полном восторге!
Маркиз рассмеялся, но, быстро посерьезнев, сказал:
— Вот почему, любимая, я решил не давать им всем повода сплетничать и о тебе. Я придумал план, и, надеюсь, ты с ним согласишься.
— Но ты же знаешь, что я все для тебя сделаю… все, чего бы ты ни пожелал! Но как же я рада за Кэролайн, ведь она никого и никогда не любила, а только Джорджа!
— И, конечно, любит его и сейчас. Когда они уезжали в свое медовое путешествие, Кэролайн так и прыгала вокруг него, так и прыгала, исполняя все его малейшие пожелания, точно восточная женщина, в Индии, например. И им обоим это жутко нравилось, тут я не ошибусь в точности своих наблюдений!
— А он действительно разбогател?
— Джордж заверил меня, что богат, как Крез, но если это не так, я бы охотно отдал ему половину своего состояния. — И маркиз вздохнул, признавшись затем: — Я ведь уже потерял все надежды и не мог поверить, когда разыграл свою последнюю карту, что она принесет мне счастье!
— Но нам повезло! — блаженно прошептала Орелия. — И мы так счастливы, что мне и сейчас не верится, будто все наяву!
— Да, это все так, на самом деле, в нашей реальной жизни, сокровище мое, а теперь можно я расскажу тебе о своих планах?
— Какие же это планы?
— Рано утром, сегодня, я перегнал сюда, на конюшню, двух лошадей. Если мы поедем с тобой верхом по сельским дорогам, то это будет намного скорее, чем ехать по большой проезжей, и мы будем в моем загородном дворце, Райд Холле, меньше чем через три часа. И сегодня же вечером мы можем обвенчаться в домовой церкви!
— Сегодня же вечером, — опять прошептала Орелия, — неужели это возможно так быстро?
— Но этому ничто не может помешать, разве только ты разлюбишь меня до вечера…
— Ты же знаешь, я хочу быть с тобой до конца наших дней!
Маркиз медленно поцеловал ее в щеку, наслаждаясь нежностью ее кожи и, неохотно оторвав губы, продолжил:
— Я не хочу, любимая, чтобы и о тебе начали сплетничать, поэтому свадьба у нас будет тайная, а послезавтра мы с тобой уже уедем из Англии, и сначала я повезу тебя во Флоренцию, где ты увидишь свой портрет, написанный рукою великого Боттичелли почти четыреста лет назад. — И он снова поцеловал ее волосы.
