Скверный маркиз

Открыв сумочку, она вынула из нее заранее приготовленный листок бумаги, которую герцогиня вложила в пакет с «подарком» — «так… безделица…», однако, похоже, не такая уж и безделица, невольно усмехнулась про себя Орелия, доставая вслед за бумагой маленькую расписную коробочку, которую подарила ей Кэролайн. Здесь было все необходимое для модницы, чтобы навести красоту утром или после утомительных танцев: зеркальце, пудра, румяна. Но самое главное, и в чем больше всего нуждалась Орелия в данный момент, там был тонкий черный карандаш для бровей, и Орелия быстро им написала:

«Лорд Ротертон насильно везет меня в свое имение около Гилфорда. Сейчас я в гостинице «Летящий Орел». Пожалуйста, спасите меня, милорд».

— Это отдай Джиму и скажи, что он получит еще один, если спешно доставит маркизу записку, пока он не уехал в Лондон.

— Джим обязательно отыщет его сиятельство, — заверила ее Молль, все еще улыбаясь, — уж будьте уверены, за такие-то деньги!

— А это вот для тебя! — И Орелия сунула такую же золотую монету в руку служанки.

— О мэм! Это больше, чем я зарабатываю за несколько месяцев! — Молль подхвалила рукою юбки и птицей устремилась к выходу.

— Подожди минуту! — остановила ее Орелия, всерьез испугавшись, что она снесет сейчас дверь, торопясь выполнить данное ей поручение. — Скажи Джиму, что он ни в коем случае не должен показывать кому-нибудь записку или говорить, куда он идет. И очень проси его поспешить, это очень-очень важно!

— А если джентльмен, тот, что внизу, спросит, как я себя чувствую, то скажи, что мне очень плохо и я прошу некоторое время меня не тревожить, я должна полежать в тишине, и тогда смогу продолжить путешествие…

— Все сделаю, как вы сказали, мэм! — Молль бесшумно метнулась к двери.

Оставшись одна, Орелия подошла к тазу с водой, умылась и тщательно вымыла руки, словно общение с лордом Ротертоном оставило на ней грязные следы, а потом легла в постель и стала молиться, чтобы Джим нашел маркиза и вовремя передал записку. В глубине души она была уверена, что он спасет ее. Ее крик о помощи, еще с дороги, несомненно, достиг его слуха, и он должен был почувствовать что-то неладное! Между влюбленными так всегда и бывает! Однако доверяет ли маркиз интуитивным побуждениям? Орелия знала только одно: она так любит маркиза, что какое бы то ни было другое мужское прикосновение, и особенно прикосновение лорда Ротертона, для нее унизительно и оскорбительно, оно подло, отвратительно, гадко, и она помыслить не может об этом, не теряя способности здравого рассуждения.

Внизу, с лестницы, послышались голоса: лорд Ротертон разговаривал с Молль. Служанка отвечала на какой-то его вопрос, но Орелия могла разобрать только отдельные слова. Через минуту со стаканом виски в руке Молль вошла в ее комнату.