2
0– Кира, а вы отлично выглядите! И какой туалет! Это вы, конечно, уже здесь купили?
– Да нет, привезла из Москвы!
– Ну почему же? В Москве сейчас магазины со всего света, – хорохорилась я в патриотическом запале.
– Что вы говорите! – неискренне удивилась она, обводя взглядом гостей. Взгляд ее остановился на Коте. – Кира, а кто этот интересный мужчина?
– Мой жених, – не удержалась я, – но это пока секрет, Генриетта, прошу вас, никому ни слова!
– Кирочка, я здесь отбросила первую часть имени, меня теперь зовут просто Етта, здесь это звучит естественнее.
– Хорошо, буду знать!
– Мамуля, все в сборе, можно садиться за стол! Садитесь, садитесь! – закричала Дашка.
Началась обычная суета, но наконец все расселись. Я сидела между Котей и Любой. Марат оказался напротив, Дашка села рядом с ним.
– Кто у нас будет тамада? – кричали гости.
– Я! – вызвался Шац.
– Ничего подобного! – заорал Стас. —
Тамадой всегда и везде бываю я. У меня есть грузинские корни!
– Ввиду отсутствия грузинских корней предоставляю эту обязанность вам, – согласился Шац.
– Итак, друзья мои, первый бокал мы поднимем за двух наших новорожденных – мою старинную подружку Киру и ее замечательную дочку. Ура!
– Грузинские корни, видно, очень глубоко зарыты, – проворчал Котя.
Пока все было отлично – народ насыщался.
– Дашка, пироги ты пекла?
– А рыба? Какая великая женщина готовила эту рыбу?
– Про рыбу я все знаю, – рявкнул Стас, – такую рыбу я имел честь неоднократно вкушать в доме моей подруги Киры! Ее мама готовила гефилтер фиш божественно, и Кира стала ее достойной продолжательницей, она не только превосходная художница, но и великая кулинарка! Так выпьем же за эту рыбу – красивую, умную, талантливую, ох, что это я плету, выпьем за эту женщину…
Все смеялись, жевали, произносили тосты – словом, обычная застольная кутерьма. Лишь иногда я ловила на себе взгляд Марата – в нем читались изумление и тоска.
– Кирка, – прошептала вдруг Люба, – знаешь, а у него и в самом деле невыносимые глаза. Его жалко!
– Ага, теперь ты меня понимаешь! – шепнула я в ответ. – Марат, что-то ты плохо ешь, – обратилась я к нему. – Тебе не нравится?
– Да что ты, Кирочка, все удивительно вкусно! Ты, кстати, тоже ничего не ешь!
– Вполне естественно, я ведь все это готовила, мне не хочется.
– Как тогда… – неслышно произнес он, а я прочитала по губам.
Что же он со мной делает, я не могу оторваться от его глаз, что за власть они надо мной имеют!
Люба толкает меня в бок:
– Ты спятила? Если тебе на всех наплевать, хоть Котю пожалей.
С усилием оторвав взгляд от Марата, поворачиваюсь к Коте, который сидит мрачнее тучи.
– Кира, выйди на минутку в кухню!
Ого! Уже не Кузя, а Кира!
– Ничего! Прошу, выйди!
Я вышла на кухню, прихватив с собою освободившееся блюдо от рыбы.
