0
0Четыре — микроавтобус начинает шлифовать лед на месте, не в силах преодолеть небольшой подъем выезда.
Пока бойцы Лютого сначала замешкались от такого поворота событий, а затем стали вязать имеющихся противников, я спокойно дошел до микроавтобуса.
Ошметки техники тумана подсказывали, что из врагов внутри машины лишь водитель и главарь. Чтобы нажимать на педаль газа, водителю нужна нога… Нога к жизненно важным органам вроде бы не относится.
Да, Игорь Вячеславович?
Небольшая ледяная пуля влетает в микроавтобус через беспечно приоткрытое окошко и попадает четко в колено правой ноги водителя.
Машина дергается, разворачивается, но стремительно нарастающий покров льда на колесах не дает ей продолжить движение по инерции. Все, покатались и хватит.
Я дергаю дверь микроавтобуса.
Главарь уже ученый, он не пытается меня пристрелить. Он даже не пытается шантажировать меня, приставив ствол к голове Василисы. Понимает, что техника магии быстрее, чем его человеческая реакция.
Нет, он просто и без изысков бросается на меня с ножом, едва дверь распахивается. Рукопашка — это прекрасный способ отбиться от мага, когда на тебе надет персональный блокиратор. Но совершенно безнадежный, если у мага за плечами целая жизнь и таких схваток больше, чем ты дней прожил.
Атака — уклонение — атака — блок — атака — захват.
Я заламываю руку главарю, и выворачиваю ладонь так, что мелкие косточки запястья хрустят. Вряд ли когда-нибудь оно уже будет работать полноценно. Срываю с него балаклаву — незнакомое лицо перекосило от испуга. Он привык контролировать ситуацию, привык быть сильнейшим игроком в самых опасных играх охоты на людей. Неприятное открытие, когда ты не самый крутой пацан на районе, правда?
— Отпусти! — взмолился главарь.
— О, погоди, я только начал, — усмехнулся я в ответ.
Одно движение, и все та же многострадальная рука выворачивается из плечевого сустава под неестественным углом.
Мужик орет, и его вопль, кажется, заглушает все матюги на парковке.
— А чего ты ожидал, когда брался за заказ на меня? — удивился я. — Тебе ж наверняка нашептали добрые люди, что мирного во мне одна фамилия.
Я выпускаю его руку, и главарь проявляет чудеса стойкости. Он не падает на колени, он пытается дать деру.
С чавкающим хрустом ломаются обе коленные чашечки, напоровшись на мою ледяную технику. Мужик падает на бетон и по инерции катится пару метров.
Я подхожу к нему и, схватив за горло, вздергиваю на бесполезные уже ноги.
— Я могу дать тебе деньги! — заявил он, стараясь держать себя в руках. — Могу дать контакты!
— Ты вроде бы не дурак, раз так долго продержался на такой профессии, — произнес я, внимательно глядя ему в лицо.
