0
0— Витя, ты лучше расскажи, когда свадьба века? Мы тут ставки думаем начать делать, убежит из-под венца твоя дочурка или нет?
Гости дружно рассмеялись, заминая неприятный момент.
Неприятный, но очень важный для всей фракции.
— Я не буду этого делать! — возмущенно воскликнул Темников, подскакивая на ноги.
Молодые люди беседовали в уголке в разгар веселого вечера. И никто не обращал внимания на их экспрессивную беседу — посетителей сегодня было слишком много, а еще выпивки и красивых девиц на съеме, пытающихся поэффектнее лечь на столах. Так что диалог не удостоился постороннего интереса.
— Будешь-будешь, — всем своим видом демонстрируя превосходство над собеседником, усмехнулся Николай Распутин. — Или ты думал, трон юной левой партии тебе за красивые глазки достался?
— Какой трон? — прошипел Темников. — Меншиков выбил меня со всех позиций! Я теперь не знаю, как в университете показаться после такой дуэли!
— Ну, это ты сам виноват. Я тебе все условия предоставил, — равнодушно пожал плечами Распутин. — Так что нечего на зеркало пенять, коли рожа крива.
Его собеседнику возразить оказалось нечего. Николай был совершенно прав — победить в дуэли против Меншикова у него было не много шансов, и все же он сам, по своей воле согласился на нее. Хорошо хоть хватило ума не выбирать магию или клинки — на них конец был бы еще более печальный.
— То, что ты просишь, вне моих возможностей, — процедил Темников, продолжая стоять.
— Почему это? — приподнял брови Распутин. — Я-то точно знаю, что ты это умеешь делать и делаешь довольно неплохо. Это же практически профильная профессия твоего рода.
— Мы занимаемся этим для промышленности, — ответил парень. — А не для решения чьих-то частных вопросов. К тому же ты хочешь, чтобы я преступил закон. И что я буду делать после этого?
— Несущественные мелочи, — отмахнулся Николай. — Как известно, наказывают не за то, что ты совершил проступок. А за то, что ты попался.
— Я не буду этого делать, — повторил Темников, теряя всякую выдержку. — Если отец узнает, что я причастен к такому, он меня просто убьет.
Распутин чуть наклонился вперед, глядя на собеседника исподлобья, и его лицо приобрело хищное выражение.
— Он тебя убьет, если узнает, что ты его любовниц заставлял травить плоды, чтобы они тебе конкурентов не нарожали, — равнодушно заметил Распутин, сверля Темникова взглядом. — Так что выбирай — ты сделаешь мне маленькое, плевенькое одолженьице, или я расскажу твоему дражайшему папочке, почему все его бабы до сих пор не нарожали ему футбольную команду.
