1
0Поняв, что он не один, Роман поднимает голову.
Взгляд меняется, когда он видит меня. Смотрит на пистолет, на мое сосредоточенное, застывшее лицо. И все понимает сам. Он понял, что я пришла убить его и видит, что решение это взвешенное.
Но, сука, смотрит в глаза.
— Я ему не сказал, — произносит он запекшимися губами. — Горский не знает. И им не скажу…
Наверное, до меня он только с мужчинами договаривался. Они не понимают, что такое материнские чувства.
Моя ошибка, не нужно было говорить с ним!
Мой ребенок тоже хочет жить и выбор между ними для меня очевиден.
Лишь бы орать не начал, звать охрану.
Поднимай — и сразу стреляй, Вера.
Чтобы не смотреть в глаза опускаю взгляд на уровень ключицы и вкидываю пистолет. Он тяжелый и целиться я не умею, только предохранитель смогу повернуть. До меня доходит, что нужно подойти близко, чтобы не промахнуться и я делаю несколько шагов, на ходу нащупывая предохранитель. Мне нужна всего секунда. Я знаю, что не буду медлить. Выстрелю сразу. Столько раз, сколько потребуется, чтобы он перестал дышать.
Нажимаю на спуск даже раньше, чем траектория выстрела совпадает с сердцем.
Рявкает выстрел и закладывает уши. Ян давит запястье, заставляя отдать оружие, пока оно не падает из выкрученной руки.
— Ян! — ору от боли в запястье.
— Олененок! — рычит он. — Что ты делаешь? Зачем?
— Какого хрена ты ко мне лезешь! — кричу в лицо Горского, не пряча навернувшихся слез, когда понимаю, то он встал между нами и план провалился. — Зачем ты пришел!
— Что он сделал? — бормочет Ян и медленно оборачивается, чтобы оценить Романа взглядом.
— Заткнись! — ору я, прежде чем он ответит. — Заткнись…
Перед глазами летают мушки, я сейчас отключусь.
Если скажу правду просто глядя в глаза, возможно, Ян сам его застрелит. Потом придется разбираться с Горским. Я потеряю сына. Но он заберет и позаботится о его безопасности…
Что он со мной сделает за ложь — большой вопрос.
В прошлый раз я год сидела в четырех стенах, а затем меня вышвырнули.
Даже боюсь представить, как отомстит Ян.
— Спокойно, Олененок, — произносит он, отстраняя меня ладонью. — Успокойся… Что он тебе сделал?
— Давай. Скажи ему, — хрипло произносит Роман, глядя в глаза, — пока он меня не пристрелил. Скажи правду, почему ты хотела меня убить?
— Заткнись! — рычит на него Ян. — Скажи мне, Вера. Не хочешь? Хорошо…
Он замахивается на Романа рукояткой пистолета. Тот отворачивается, но деться некуда — если так врезать, можно скулу сломать.
— Не надо! — прошу я, испугавшись, что Роман не вынесет новых побоев и признается.
