0
0— Дружина Фурсовых ждёт… — продышался висящий. — В лесу… На севере… Я дам ракету, а Колян должен будет отвлечь остаток гарнизона и тогда…
— Его френд, май друг, — вмешался американец. — Коварный план, йес?
— Ты такой многословный, Миша! — улыбнулся Билли. — Эти «хм» так вондерфул!
— Отпустите меня, пожалуйста! — попросил чернявый.
— Сколько людей с Фурсовым? — я присел на корточки, чтобы глазами оказаться на одном уровне с пленником.
— Я не знаю! — торопливо выпалил тот.
— Хм… — я снова протянул к нему руку, и висящий задёргался:
— Семеро! Семеро! Сам Фурсов, его брат и их люди. Пощадите!
— Где они будут ждать?
— Не знаю. Клянусь, не знаю. Колян, Колян знает! Я просто должен сигнализировать!
Я засунул кляп ему в рот, поднял взгляд на американца, а затем медленно распрямился.
— Ну? Ну? — Дигриаз изобразил аплодисменты. — Я вскрыть заговор! Оу! Я должен написать об этом целый глава, ю ноу! Потом пристрою в мой роман!
— Что? — не понял я.
— Ушьёл, — с трудом выговорил Дигриаз. — Я ненавидеть это слово, кльянусь!
— Не знаю. Но я его запомнил, ю ноу. Надо искать?
— Увидишь на улице, приведи ко мне. И ещё, Билли, спасибо, — от всего сердца сказал я. — Буду должен.
— Мы будьем файт? — с надеждой спросил американец. — Против дружина⁈ Оу, плиз, пусть это будет файт!
Вообще, я рассчитывал на классическую дуэль, когда опозорил Фурсова, но такое нападение тоже неплохой вариант для заявки соседям о том, что в поселении новый Зодчий. Зодчий, с которым лучше не ссориться.
— Да, без него не обойдётся.
— Окей! Я в деле! Что мне сделать с этим?
Я посмотрел на чернявого. Тот пучил глаза в умоляющем неистовстве, понимая свою дальнейшую судьбу. Он хотел моей смерти, раз оказался на этой балке. Я не желал его гибели, но иногда нужно делать то, чего совсем не хочется.
— Как ты сюда его притащил?
— Вырубил и сделал вид, что май френд выпить э бит… много. Это моя комната!
Я без слов подошёл к окну, открыл его. До частокола далеко. Но можно попробовать перекинуть тело, а дальше оттащить в амбар. Мне нужны ресурсы и не нужны враги.
Чернявый замычал что-то, раскачиваясь, и получил удар в живот от Дигриаза.
— Пусть повисит до ночи. А там избавимся от него, — сказал я. — Спасибо, Билли, ещё раз.
— Окей! — осклабился американец. Я ещё раз посмотрел на неудавшегося заговорщика и открыл дверь. Шагнул наружу.
У перил балкона, с которого открывался вид на обеденный зал «Логова», стояла обворожительная брюнетка с коротким каре. Она прижималась спиной к ограждению, облокотившись на перила, отчего её грудь, затянутая в кожаный корсет, казалась ещё выше. Тонкая талия и длинные ноги в обтягивающих штанах. Жгучие, почти чёрные глаза, ярко подведённые и выразительные, смотрели с хитринкой и насмешкой.
