В тени пирамид

Но не буду мешать вашему созерцанию. Продолжайте осмотр, а я примусь за рисунки.

– Желаю вам победить конкурентов и отправиться в Египет, – сказал на прощание Ардашев.

– И вам всего доброго!

Николай Христофорович Папасов в свои сорок пять лет достиг в жизни всего, чего только желал. Начало его благополучию положил отец – Христофор Иванович, бежавший когда-то от притеснений турок в Таганрог, обвязанный матерчатым поясом, наполненным золотыми монетами. Но на берегу Азовского моря он задержался недолго и вскоре перебрался в Ставрополь, где и присягнул российскому престолу. Здесь же он начал скупать крупный рогатый скот и отправлять его в столицу. Первые приличные заработки позволили уроженцу острова Санторини купить в Гостином ряду лавку и торговать колониальными товарами. Не прошло и пяти лет, как предприимчивый грек построил дом на углу улиц Большой Черкасской и Хопёрской. Винокуренный завод и разные виды торговли привели к тому, что «его степенство» господин Папасов стал не только купцом первой гильдии, но и почётным гражданином города Ставрополя. Состоятельные греки, как и армяне, заботились об образовании собственных детей. Не был исключением и Христофор Иванович, пославший своих отпрысков в самые престижные заграничные университеты, по окончании которых все пятеро сыновей вернулись в Россию, где и продолжили заниматься коммерцией.

Николай Папасов – второй по возрасту из всех братьев – последние двадцать лет не только много путешествовал по миру, но и скупал полотна известных живописцев. Высокий, но с уже заметным животом, спрятанным под жилетку синего костюма-тройки, с внешностью то ли художника, то ли последнего французского императора Наполеона III: заострённое лицо, внушительный нос, длинные усы стрелами и бородка-эспаньолка. Справедливости ради стоить заметить, что и сам коммерсант увлекался живописью. Вершиной его мастерства стала «Мадонна с младенцем», висевшая в общей зале рядом с творениями К. Айвазовского, О. А. Гофмана, А. И. Шильдера и Ю. Ю. Клевера. Но особой гордостью владельца особняка на Воронцовской улице был эскиз Леонардо да Винчи «Мученичество святого Себастьяна» к одноимённой, но утерянной человечеством картине. На рисунке великого живописца был изображён святой страдалец древнеримского периода, привязанный к дереву и умирающий от попавших в него стрел на фоне пейзажа. Совсем небольшой размер работы (в европейской системе мер: 19 на 12,7 сантиметра), заключённый в паспарту, стекло и конвертированный с оборотной стороны картоном, датировался между 1482 и 1485 годами. И вот теперь этот набросок исчез, и на его месте красовалась подделка.

– Николай Христофорович, когда вы обнаружили подмену эскиза?

– Сегодня, часов в семь пополудни.