– Товарищ сержант! Перед вами старший лейтенант войск госбезопасности! И не важно, что мои документы погибли. Звания меня никто не лишал. Поэтому сейчас я тут командую.
Сержант хотел возразить, но в итоге махнул рукой и снова забрался на место пулеметчика.
– Вперед! – повторил команду Трофимов.
Прибытие бронеавтомобиля решило исход боя. Немцев все равно бы одолели, но потерь было бы больше.
Но! Ни жены, ни друзей здесь не оказалось. Когда начался бой, лейтенант Иванов машины попаданцев под охраной двух полуторок и взвода пограничников увел к порталу другой дорогой.
Было взято пятнадцать пленных, в большей степени раненых. Пришлось их брать с собой. Предварительно, на всякий случай, связав и завязав глаза. Хотя была ночь, но на всякий случай.
Колонну на подступах к порталу остановил пост охраны. Опознавшись, продолжили движение. Слева от портала под деревьями в темноте угадывалась палатка, от которой к колонне подходили люди.
– Леша! Ты тут откуда?
– Оттуда! – пришлось открыться Алексею, отвечая на поцелуй мгновенно повернувшейся жены. Его окружили друзья, радостно хлопая по плечам и спине.
– Кто это тут? Товарищ Трофимов? – неожиданно раздался голос.
Сзади от палатки подошел Воистинов и какой-то незнакомый военный, которого в темноте Алексей не разглядел.
– И вам добрый вечер, Филипп Васильевич! Даже хорошо, что вы подошли именно сейчас, меньше придется рассказывать.
И Трофимов пересказал сегодняшние приключения.
– Значит, Федор Ермолаевич погиб, – констатировал майор. И тут же, обернувшись, пояснил военному, стоявшему за его плечом: – Старший батальонный комиссар Ермолаев, заместитель начальника особого отдела Западного фронта.
Военный молча кивнул.
– Простите, я вас не представил. Вот, товарищ генерал-майор, это и есть те люди, назвавшиеся попаданцами. А это генерал-майор Ракутин Константин Иванович.
– О как! Товарищ комиссар не по-детски зажигает! Сразу как просек ситуацию, начал менять историю! – не выдержал и перешел на сленг начала XXI-го века Трофимов.
И тут же начал пояснять свои эмоции.










