5
0Мне нужен правдивый отчёт, а не вот это, – снова ткнул эксперту в харю его писанину.
Вербина знали в Центральном все. Знали не только потому, что начальник уголовного розыска и будущий нач отдела, знали его по повадкам и жёсткости. Иногда даже жестокости. Андрею по-другому никак. Если даст слабину, свои же и предадут, всадят нож в спину. Сколько он повидал «правильных» офицеров. Единицы из них дожили до пенсии.
Андрей же не был правильным. Абсолютно. Все знали, на что он способен, и боялись. И его это устраивало. Уважение хорошо, но когда оно не подкреплено страхом подчинённых – пользы не имеет. Люди понимают только язык силы.
– Послушай, Андрюша… Ты если и так все понял, чего меня пытаешь? Мне до пенсии полгода осталось. Полгода! Мне вот это вот всё даром не надо. Я в чужие дела не лезу, просто молча и без ропота делаю, что говорят. Был бы я молодым, повоевал бы, может, вместе с тобой за эту девчонку, а так, извини… У меня у самого трое внуков. Их на ноги надо поставить, выучить…
– Ладно. Понял тебя. Но скажи мне, кто? Кто денег тебе дал за липовое заключение? Стеблин?
Дядя Игорь прикрыл глаза, молча кивнул. Ну, конечно, кто ж ещё? Упырь, похоже, всерьёз решил с Андреем потягаться. Сука.
– У меня к тебе одна просьба. Пока не вноси свой отчёт в базу. Скажи, возникли неполадки или ещё что. Не готов пока, в общем. Дай мне день форы. У тебя проблем не будет, обещаю.
Дядя Игорь виновато опустил глаза, раздувая щёки, выдохнул:
В коридоре на Андрея налетел Миха, толкнув его в бок, показал взглядом на курилку. Место не то чтобы безопасное – постоянно кто-то ошивается – но вполне подходящее, чтобы по-быстрому перетереть тему.
Затянувшись дымом, Миха огляделся вокруг, приблизился к Вербину вплотную.
– Появился новый свидетель в деле по резне.
– Дай-ка я угадаю, этот свидетель видел, как Лиза входила в дом своей матери с бензопилой и плакатом «Всех порешу»? – примерно так звучат все доказательства её вины. Будто в дурку угодил.
Но Миха кровожадно ухмыльнулся, качнул головой.
– Ага. Почти. Только не Лиза. Двое мужиков.
– Говорю тебе. Один из собутыльников приходил к Шилову – ну, сожитель Лизиной матери который. У тех уже гулянка была вовсю, музыка, ор. Он из лифта вышел, а там два мужика какие-то замок вскрывают. Ну и слышал он, в общем-то, всё, что там происходило. Потом мужики свалили. Прямо перед приходом Лизы.
– Пока в допросной закрыли, но лучше его оттуда убрать. Да и из отдела тоже. А то, чувствую, не доживёт наш свидетель до суда.
Вербин усмехнулся, затушил окурок в пепельнице.
– Никуда он от меня не денется.
Дверь в курилку открылась с протяжным скрипом, в проёме показалось лицо Лёши.
– Андрей Константинович? Тут к вам… Из прокуратуры.
– Твою ж мать. Стеблин, тварь, нажаловался, видать.
