3
0Я тут же нажала на кнопку вызова.
— Да.
— Анастасия Александровна?
— Да. Да, это я.
— Здравствуйте, меня зовут Лейла, и я звоню насчет работы. Вам удобно говорить?
— Да, удобно. Конечно. Что за работа?
— В корпорацию ""Винтер Диамонд"" требуется переводчик с арабского на полную ставку.
— Ооох, а что это за корпорация?
— Продажа алмазов и изделий из драгоценных камней. Первый филиал, который открылся в России на прошлой неделе. Нужен переводчик-консультант по связям с общественностью и работой с российскими партнерами. Вас могла бы заинтересовать данная вакансия?
— Да. Конечно, да. Это очень интересно.
— Вот и хорошо. Но вначале надо пройти собеседование с хозяином корпорации.
— Да. Я обязательно приеду. Куда надо ехать?
— Я пришлю вам координаты и время в смс. Скорее всего, это будет завтра во второй половине дня.
— Простите… а каков будет оклад?
— Вы обсудите это на месте с хозяином и главным директором.
Она отключилась, а я завизжала от радости. Вытерла слезы, вскочила с лавки и помчалась на остановку. Ничего. Все будет хорошо. Все наладится. Я в это верю.
— Что за корпорация? Ты смотрела?
— Да, нашла в интернете. Действительно только открылась. Огромный концерн, мам.
— А кто хозяин?
— Там указано только имя заместителя директора. Я проверила, он довольно известный человек в Саудовской Аравии. Так что, я думаю, там будет отличная зарплата.
— Дай-то бог. Ты подумала о нашем разговоре?
Я застыла у зеркала с помадой в руках.
— Да, подумала. Я оставлю ребенка, мама.
Она всплеснула руками.
— Вот сейчас, когда нашлась такая работа? Думаешь, им нужна будет беременная сотрудница?
— Я могу долгое время не говорить, потом доказать, что я хороший работник и…
— Ты все еще живешь в сказках.
— Я просто не могу избавиться от него, мама… он же живой. У него сердце бьется. Понимаешь?
— Да что там у них бьется на этом сроке. Сгусток мяса, ничего не чувствует и не знает.
— Мама, у зародыша уже с пятой недели пульсирует сердечко, а значит, он живой.
— Какие же все это глупости.
— Ты в церковь ходишь, молишься, по праздникам не шьешь и не работаешь, грех, говоришь, а дитя убить, значит, не грех?
Я поправила волосы, заколола их за ушами и оставила распущенными.
— Иди в белом. Тебе идет белый. Ты в нем очень нежная. А в красном и черном вульгарно."
"Она перевела разговор, и я усмехнулась уголком рта… значит, уже готова не быть категоричной, смягчилась. Прикладывает ко мне жакет, купленный еще два года назад.
— Да. Иди в белом. Они любят белое… эти восточные мужчины.
Да, любят. Аднан очень любил меня в белом.
— Съешь лимон, чтоб не тошнило, и купи мятную жвачку.
В эту секунду в комнату закатилась Буся.
— Мамаааааааа, ты куда?
— На работу, — я улыбнулась и тут же взяла ее на руки.
— Неть. На работу не надо.
