Помнишь, я как-то рассказывал, что у меня был воображаемый друг в детстве? Так вот… Никакой он не воображаемый. Оказывается, у меня был брат и он умер от этой чертовой болезни, потому что ее слишком поздно диагностировали. Тогда папа всем этим занимался, потому что мама, как ты знаешь, самостоятельностью не отличается. Он уже тогда узнал, что они оба носители, но солгал ей, что все из-за нее, а он вообще ни при чем. Видимо, у них уже тогда все шло к разводу, хотя мама еще долго удерживала его рядом. Она буквально сошла с ума, убрала из дома все вещи, фотографии, все, что напоминало бы об умершем сыне.
Его имя не произносилось больше в нашем доме. А когда я задавал вопросы, она начала убеждать меня, что он никогда не существовал и был лишь плодом моего воображения. Папа же просто пошел по пути наименьшего сопротивления, потому что ему всегда было плевать на всех, кроме себя.
Глеб выглядит просто опустошенным, и мне становится неимоверно жаль его. Я, конечно, знаю, что его родители довольно специфичные люди, которые не слишком интересуются им, но чтобы быть настолько отбитыми тварями? Это же просто уму непостижимо!
– Ох, Глеб, мне так жаль! – обнимаю его крепко-крепко, зная, какие чувства его снедают.
К сожалению, родителей не поменяешь и того, что сделали с ним его, уже никогда не исправить. – Обещаю, какое бы здоровье ни было у нашего ребенка, мы не будем поступать с ним так же, как твои родители с тобой! И точно не будем скрывать от него ни болезнь, ни риск плохой наследственности, в случае, если он, как и ты, родится лишь носителем.
– Ксюша, ты просто… Я так люблю тебя! – выдыхает Глеб в мою шею. – Я подыхал без тебя… Ты так нужна мне, я жить без тебя не могу!
– Я вся твоя, – шепчу в ответ, прежде чем накрыть его губы своими.
– Я люблю тебя, Глеб! Только тебя. И мне плевать, с какими еще сложностями мы столкнемся. Теперь я готова бороться со всем, что бы ни ожидало нас в будущем. Прости меня! За все те слова, что я сказала тебе. Я не считаю тебя ущербным! Я просто хотела оттолкнуть тебя от себя, потому что ты сделал мне больно и я не могла находиться рядом с тобой, не хотела позволять тебе убедить меня остаться.
– Я знаю, – качает он головой. – Я знаю тебя, блондиночка.
Тебе не нужно извиняться за те слова, потому что я никогда в них не верил. Возможно, нам действительно нужно было расстаться на это время, чтобы все переосмыслить. Потому что я поумнел благодаря твоему отсутствию. Клянусь! Я стал решительнее. Начал внимательнее присматриваться к людям. Уволил Кристину, знаешь? Не понимаю, как не заметил, что ее чувства ко мне изменились, но, видимо,наша с тобой размолвка заставила ее перейти в наступление. Мы не могли вместе работать после того, как я ее отверг.
13
0
