Черный дембель. Часть 1 (СИ)

Мне мерещилось, что я уловил в воздухе аромат рижской «Иоланты».

— … Уверен, что любой мужчина, — сказал я, — что находится в этом зале, откликнулся бы на твоё приглашение…

Мне почудилось, что женская спина под моей ладонью напряглась.

— … Но я не пойду с тобой, Марго. Хотя и очень хочу. Попроси швейцара — он вызовет тебе такси.

Движения моей партнёрши не изменились. Лишь прояснился её взгляд: он стал бодрым, ещё мгновение назад заволакивавшая его дымка развеялась. Маргарита Леонтьевна не сводила глаз с моего лица.

— Почему? — спросила она.

Я не услышал в её голосе ни нот обиды, ни гнева, ни удивления. «…Говори, о чём захочешь, — призывали музыканты, — в тишине ночной…» Ощутил, как расслабились зажатые в моей левой руке женские пальцы.

— Я не сплю с замужними женщинами, Марго.

Маргарита Леонтьевна дёрнула бровями. Усмехнулась. Взглянула мне за спину.

— Прохоров разболтал, — сказала она. — Мерзавец.

Я не уловил вопросительного тона в её словах — поэтому промолчал. Лишь пожалел о том, что налегал на коньяк: в дом Павловых мне сегодня дорога закрыта. Вздохнул — аромат «Иоланты» не почувствовал.

— Не бойся, красавчик, сказала она. Мой муж уехал из города. Вернётся только завтра вечером.

Я ответил на её усмешку отрепетированной сегодня перед зеркалом «бондовской» улыбкой.

— Не путай мужскую солидарность со страхом, женщина, — сказал я.

Маргарита Леонтьевна хмыкнула. Но попридержала язвительные слова. «…В тишине ночной говори со мной, говори…» — снова попросили певцы.

Марго опустила взгляд на мои губы.

— Не спит он… — сказала она. — Со мной бы ты не уснул, Сергей Леонидович.

— Не сомневаюсь в этом, Маргарита Леонтьевна, — ответил я. — Ни капельки в этом не сомневаюсь.

После шестого танца мы с Марго расстались — на танцплощадке.

Я не видел, как и когда она ушла из ресторана.

Мы покинули «Московский» после того, как официантка Светочка принесла нам счёт и сообщила: ресторан закрывается.

По пути в посёлок Илья Владимирович вновь толкнул нам речь о пользе и необходимости высшего образования. А ещё он пообещал, что в сентябре (когда мы будем в колхозе) лично займётся вопросом нашего заселения в общежитие. Заявил: обеспечит нашей будущей комнате ремонт, если понадобится.

Я тут же вспомнил, как Артурчику в моей прошлой жизни примерно то же самое обещал дядя Саша Лемешев. Мы заселились тогда в комнату с новенькими обоями на стенах, со свежеокрашенными окнами и с вполне приличной (пусть и не роскошной) мебелью. Лемешев своё обещание выполнил…

ГАЗ-21 остановился у обочины дороги, рядом с домом моих родителей.

— … И кстати, — добавил директор швейной фабрики, — я подумаю насчёт холодильника. Хотя не понимаю, зачем он вам.