Сводный брат бесит

Паспортный контроль в аэропорту проходит очень быстро, поэтому я в нужном месте уже в половине второго. Подъезд Джо в нескольких метрах от входа в заведение, но я не звоню ей, чтобы поторопить.

С ностальгией оглядываю кафе, вспоминая, как мы приходили сюда завтракать каждое утро на всех каникулах. Официанты и бармен все те же. Один из них, кажется, даже узнает меня. Кивает и улыбается.

В Мадриде в середине сентября стоит жара. Люди ходят в шортах и майках. Учебный год еще не начался. Сейчас в Испании лето. Времена года здесь сменяются двадцатого числа.

Мне всегда это казалось странным и удивительным.

В России времена года меняются первого числа: 1 июня — лето, 1 сентября — осень, 1 декабря — зима, а 1 марта — весна. В Испании время года сменяется двадцатого числа. Осень здесь наступит двадцатого сентября, и тогда же начнется учебный год.

Дверь кафе открывается, звякает колокольчик, и я вижу Джо. На ней легкий белый сарафан, а темные кудри раскиданы по плечам и спине.

— Привет, — встаю ей навстречу.

Джоанна замирает, испуганно на меня смотря.

— Боже, что с твоим лицом?

Ох, я уже и забыл про фингал и опухшую губу.

— Да так, ерунда, — опускаю руку ей на спину и притягиваю к себе. Обнимаю. Понимаю, что это в последний раз, поэтому прижимаю к себе сильнее и вдыхаю знакомый запах мандаринов. Джоанна его любит. В нашей ванной в интернате все полки были заставлены цитрусовыми косметическими средствами.

Джо неуверенно обводит меня вокруг пояса. Мы стоим так долго. Ни один из нас не решается прервать объятие, понимая, что вряд ли оно еще когда-то повторится.

— Вам как обычно? — возле нас возникает знакомый официант.

И это заставляет нас с Джо оторваться друг от друга.

Я возвращаюсь на свое место, Джоанна садится напротив.

— Да, мне американо и круассан с ветчиной и сыром, — делаю заказ.

— Мне тоже, как обычно: капучино, апельсиновый фреш и эклер с шоколадом.

Я смотрю парню вслед, пытаясь оттянуть тот момент, когда мне придется встретиться взглядом с Джоанной. Но этот момент неизбежен, поэтому через пару десятков секунд я все-таки поднимаю на нее глаза.

— Так что с тобой произошло? — спрашивает, имея в виду синяки на лице.

— Подрался, — честно отвечаю.

Джо удивляется. Еще бы. За четыре года учебы в интернате у меня не было ни одной стычки ни с кем.

Там у нас в принципе было не принято драться. Все ребята были разбиты по компаниям, и каждый тусовался со своими друзьями.

— В баре несколько ночей назад. Но все в порядке, скоро пройдет.

Джо с пониманием кивает. Возникает неловкая пауза, когда каждый не знает, что сказать.

— Как твоя учеба в университете? Она ведь уже началась? — первая заполняет тишину.

— Да, у нас в России учебный год стартует первого сентября. Все нормально. Вполне интересно.

Снова тишина.