За все надо платить

Ситуация вокруг конкурсных работ его разозлила до такой степени, что страх попасться гаишникам как-то притух. Все равно день пропал, решил Оборин, ну ее, аспирантку эту, никуда она не убежит, лучше он сейчас доедет до Тамариного дома и заберет наконец машину. Хоть одной головной болью будет меньше.

* * *Николай Саприн уже начал терять терпение. Шоринов дал ему в помощь двух мужичков, и они втроем, сменяясь, караулили машину Тамары Коченовой. Это была последняя ниточка, ухватившись за которую Саприн надеялся выйти на человека, с которым Тамара общалась после возвращения из Вены. Ведь где-то же она жила! Этот человек должен знать, куда она уехала."

"Саприна раздражало ожидание, он был человеком действия, и бессмысленное топтание вокруг Тамариного дома в каких-то дурацких куртках с капюшоном, скрывающим густые черные волосы и яркие синие глаза, выводило Николая из себя. Начались осенние дожди, воздух был сырым и холодным, и он никак не мог полностью оправиться после тяжелого гриппа. Побаливала голова, временами поднималась температура, ноги делались слабыми и непослушными, во рту устойчиво держался противный металлический привкус. Но он все-таки дождался.

К Тамариной машине подошел ничем не примечательный парень лет тридцати или чуть меньше с хмурым лицом и угрюмым взглядом, открыл дверь и уселся на водительское место. Саприн тут же метнулся за угол к своей машине. Через два дня он уже знал о человеке, забравшем автомобиль Тамары, достаточно, чтобы действовать дальше. Прежде чем решать, нужно ли вступать с ним в контакт, Саприн хотел побывать в его квартире, благо вскрытие чужой двери никогда не было для него проблемой.

Дождавшись, когда Оборин уедет в университет, Николай аккуратно открыл замок и вошел в квартиру. Мужик живет один, это сразу видно, но женщины здесь бывают, часто и разные. Небольшой беспорядок, вещи разбросаны, но полы чистые и пыль протерта. Одним словом, нормальный мужик, не педант и не сумасшедший, немного несобранный, но как раз в меру.

Первым делом Николай поискал следы пребывания здесь Тамары, но не нашел ничего, ни одной ее вещи, которую смог бы узнать. Пролистал лежащую возле телефона записную книжку в надежде найти какие-нибудь старые координаты Коченовой: может быть, по старым адресам и телефонам найдутся люди, которые знают о Тамаре что-нибудь интересное, дадут какие-то новые связи и цепочки. Но телефон был только один, и принадлежал он Тамариной матери. Видно, записывал его Оборин еще в те времена, когда Тамара жила вместе с ней. Странно, что нет ее нового телефона. Неужели они так долго не встречались? Почему же Тамара кинулась к нему, к человеку, с которым не общалась по меньшей мере лет пять? Ответ был очевиден: она испугалась. Очень испугалась.