Ходячее сокровище

Она и половину не успеет преодолеть, как погоня доберется до этого завала.

И устроят здесь тир.

И что же тогда остается? Прыгать с обрыва вниз головой, чтобы недолго мучиться?

Няша рванула вниз с максимально возможной прытью. Не в пропасть, конечно, а по тропе. Нет, вовсе не надеясь успеть обогнать погоню, скрывшись за очередным перегибом.

Туда никак не успеть, ее цель располагалась гораздо ближе.

Одинокая лиственница совершила настоящее чудо: она выросла среди камней без намека на почву прямо посреди тропы. Бушевавшие при близких перезагрузках ветра не смогли сбросить ее с уступа, но постепенно наклонили ствол.

Чем дальше он вытягивался, тем труднее сопротивляться напору стихии и удерживать корни по трещинам. Одна хорошая буря или несколько лет обычной погоды, и это все — больше не простоит.

Добравшись до лиственницы, Няша поняла, что зрение и память ее не подвели. Тропа здесь сильно сужается из-за огромного валуна, развалившегося на ее краю, и выступа скалы, выдающегося напротив. Чтобы пройти, пришлось протискиваться в узкий промежуток между камнем и стволом дерева. С ее телосложением — ерунда, а вот преследователям придется боками продираться.

Зато дальше все сильно изменялось в лучшую сторону. Тропа расширялась в несколько раз, и даже ухабы на нет сходили. Можно даже на машине кататься, если как-то ее сюда затащить. Разве что для разворота места не останется. Надолго эта «автострада» не растягивалась, но метров пятьдесят можно пробежать в максимальном темпе, не рискуя сломать ноги из-за трещин и затянутых мхом провалов между здоровенными валунами.

Однако Няша даже не подумала припустить со всех ног. Не торопясь, сберегая силы, прошла шагов пятнадцать, присела, выставив перед собой подраненную ногу.

Вспорола ножом повязку, торопливо размотала по камням окровавленный бинт. Поднялась, оценила получившуюся картину. Сочла ее естественной. Где, как не здесь, надежно укрывшись от взглядов преследователей, беглянка могла остановиться и позаботиться о себе.

Вернувшись, присела за тем самым выступом скалы, который почти упирался в одинокую лиственницу. Здесь погоня ее не заметит, пока впереди идущий не проберется через сужение. И с большой вероятностью это окажется сам Шериф.

Именно он вел группу, когда Няша рассмотрела преследователей в последний раз. И из винтовки пострелять этот гад всегда любил. Причем не слишком метко.

Полевые условия для этого козла — не главный конек. Не любит далеко отрываться от комфортных мест. И вообще, как одиночный боец он никогда ничего собой не представлял. Шериф уже не первый день на ногах, его смертельно достала эта погоня, хочется побыстрее ее закончить и вернуться туда, где можно насладиться всеми привилегиями высокого положения.