Ошибка президента

Но свою фамилию и имя он скорее всего сменил.

– Кто ж его знает? Но, по-видимому, да.

– Конечно, если разослать портрет по отделениям, его узнают, но я, Саша, боюсь. У нас, сам знаешь, что тут творится. Я с тобой разговариваю в собственном кабинете и опасаюсь, как бы вслух не сказать лишнего, а вдруг мне уже подслушивающую аппаратуру поставили. Понимаешь, после истории с пейджером этим и с твоей Татьяной я уже ничему не удивлюсь. Если мы вынесем снимок из этой комнаты, этот самый Алексей через полчаса узнает, что за ним охота. Так что этот путь отпадает.

На столе зазвонил телефон:

– Останкино? Нашли вашу машину.

В Князеве Владимирской области. Пока стоит там во дворе отделения милиции. Что? Да как хотите – или сами за ней поезжайте, или подождите, пока сюда пригонят. Хорошо. Документы только не забудьте захватить. – Шура положила трубку и повернулась к Турецкому: – Твой деятель из Останкина. Да, кстати, – спохватилась она, – «Хемингуэя»-то твоего взяли.

– Ну, накладная борода? – поинтересовался Турецкий.

– Фальшивая, – кивнула головой Романова. – Это некто Дегтярь, дважды судимый за мошенничество.

Очень похоже, что он же и есть твой таинственный «социолог Игорь». Приметы сходятся.

– Видишь, Шура, все не так плохо, – улыбнулся Турецкий.

– Слушай, Сашок, – оживилась Романова, – мы тут с тобой болтаем о всякой ерунде, а у меня для тебя новости. Установили мы кое-какие очень интересные совпадения. Этот инженер Григорьев, помнишь, в квартире которого труп обнаружили, он, оказывается, работал в фонде с каким-то чудным названием «Содействие демократизации экономики», что ли… По-моему, все эти фонды – липа какая-то, зачем их только разрешили… Прямо какие-то организации для отмывания денег.

– Ты, Шура, все мыслишь по старинке, – усмехнулся Турецкий. – «Зачем их только разрешили?» Да их для того и создали. Ты вспомни, кто фактически у нас всем заправляет? Скронц и Пупок! А чего еще можно ждать, когда у власти «малина»?

– Так вот, Григорьев, значит, в Канаду поехал по линии этого фонда. А Дарья Лукинична Арзамасцева, 1908 года рождения…

– Что, неужели председатель этого фонда?

– Не ерничай, Саша, – оборвала Турецкого Романова, – дело серьезное. Эта Арзамасцева имеет внука, к счастью, с той же фамилией, Арзамасцева Юрия Александровича.

Который, между прочим, является заместителем председателя правления этого фонда. Чуешь, чем тут попахивает?

Турецкий чуял это даже слишком хорошо. После нападения на Ирину, после всего, что он узнал от этого странного человека с седым ежиком – страшного и одновременно внушающего доверие, – он понял, что игра пошла совсем всерьез.

За себя он не боялся, в конце концов, он сам выбрал хлопотную и опасную профессию следователя.