«А ведь мы прямо как школьники или студенты, – вдруг подумалось российскому главе, – готовимся к собеседованию. А меня, как двоечника, натаскивают другие, которые лучше знают материал».
Но вслух он, разумеется, этого не сказал.
Поэтому российский Президент так и остался в неведении относительно того, думает ли то же самое Клинтон или нет. Но даже если его американский коллега и думал что-нибудь в этом роде, он ни жестом, ни словом не намекнул на это.
Андрей Степанович был ему искренне признателен.
Пресс-конференция тогда прошла как по маслу. Президенты отвечали четко, слаженно, не было ни затянувшихся пауз, ни заминок, которые подчас оказываются более красноречивыми, чем сами ответы.
Как ни странно, даже теперь, став узником в собственной стране, преданный людьми, которых считал своими верными соратниками, российский глава продолжал надеяться на помощь не из России, а именно со стороны, и прежде всего из Вашингтона.
Президент тяжело вздохнул и перевернулся на другой бок. Сон не шел. Да и как он мог прийти.
Да, помощь из Вашингтона. Это было бы реально. Но только в том случае, если в Вашингтоне станет известно об исчезновении российского Президента. Пока же, судя по всему, мир находится в неведении о том, что совершено беспримерное по своей наглости преступление. Президент похищен! А мир спокойно живет, как и жил…
Но как же это возможно!..
«Сколько они смогут продержать меня здесь? – думал Президент. – Скорее всего, объявили, что я внезапно заболел или еще какую-нибудь чушь.
Ведь это уже было, и не раз.
Конечно, несколько дней у них есть – Президент тяжело болен, возможно, ему делают операцию. Он, кстати, действительно собирался лечь в больницу с небольшой операцией на носовой перегородке. Это ИМ, конечно, хорошо известно.
«Но что они будут говорить Фаине, девочкам? Им-то не скажешь, что Президент, мол, заболел и все тут».
Конечно, Фаина в отличие от супруги Президента СССР никогда не лезла в большую политику, а занимала скромное, но достойное место. Даже если она что-то заподозрит, вряд ли у нее будет возможность связаться с Западом. Уж они постараются ее блокировать.
«Может быть, Женя, ее племянник… – возникла новая мысль, но тут же сменилась другой: – Его тоже постараются как-нибудь отстранить».










