1
0— Они мне не нужны, — зло процедил он и демонстративно отшвырнул их в угол зала, где застыла груда гантелей вперемешку с допотопными пружинными эспандерами.
— Ну, тогда и я обойдусь, — я стянул еще не завязанные перчатки и положил аккуратно на пол. Не привык швыряться инвентарем.
Дальше должно было последовать, что-то вроде команды «хаджиме», которая в дзю-до и каратэ означает «начали». Но Рыхлый не дождался разрешения на спарринг, а ринулся на меня без всяких команд и предупреждений. Как фашисты в 41-м.
Думал, что застанет меня врасплох, но я был готов к такому выпаду с его стороны. Уж чему-чему, а жизнь давно научила, что никогда не стоит верить в благородство соперника или недооценивать его.
Каратист сходу зарядил в меня прямой удар ногой. Не высоко, метил в живот. Если бы достал, то поединок бы закончился, так и не начавшись.
Но я сделал шажок в сторону. Ушел с линии атаки, пропуская летящую, как пушечное ядро, стопу мимо себя. Одновременно выкинул хлесткую двоечку чуть выше уровня своей головы.
Рыхлый провалился в пустоту за ногой и подался вперед. Он был уверен, что попадет, я успел увидеть, как его брови вскочили высоко на лоб от недоумения.
Расчет мой оказался верен, и кулаки двоечки попали точно в цель. Бил я без фанатизма, голова противника и так напоролась на мои удары сама. Вышла, как встречка на грузовик.
Бам! Бам! Щелкнули костяшки по скуле соперника. Но надо отдать ему должное, каратист устоял и не брыкнулся на пол без сознания, как я ожидал. Все-таки можно было чуть фанатизма добавить.
Ловя звездочки, Рыхлый тут же закрыл по-боксерски голову руками и ушел в оборону. Стойка совсем не как у каратиста, плевал он на стойку, башка дороже всяких там модных стоек.
Пара-тройка секунд и звездочки в глазах Рыхлого погасли, он снова готов в бой. Крепкий, зараза, но глупый. Ничего так и не понял. Снова повторил свою ошибку. Полетел на меня будто ястреб на куренка. А вместо размаха крыльев — размах ног. Только я не куренок.
То ли он вертушку хотел закрутить, то ли просто боковой с ноги. Крутанулся смерчем, а я просто подсел и вдарил снизу. В этот раз кулак не жалел. Знатно приложил. Бам! Прямо в челюсть попал. Рыхлый еще чуть провернулся. Но то была инерция, а не живость бойца. Потому что я видел, как тело его, еще стоя на ногах, вдруг обмякло. А после и вовсе свалилось срубленным дубком.
Грохот, недовольные крики его собратьев по кимоно, все это для меня слилось в победный марш. Никто не радовался развязке, кроме меня. Ну и ладно… Сам порадовался, давненько косточки не разминал в доброй драке.
— Тихо! — Филин расставив руки остановил нескольких каратистов, что угрожающе двинулись в мою сторону, намереваясь явно не переговоры вести. — Несколько на одного — не по правилам! Стоять, я сказал!
Молодец.
