Тайна фанатки

– Ты пропустил тренировку, – медленно произносит он, прежде чем понизить голос и добавить. – Снова. Тренер в бешенстве.

Я пожимаю плечами, делая вид, будто его слова меня не трогают. Мне неприятно осознавать, что я разочаровываю тренера и подвожу команду, но в эту секунду я хочу просто перестать существовать.

– Судя по всему, он тоже, – вмешивается Рейн, проходя дальше в гостиную и оценивая беспорядок вокруг места, с которого я не сходил уже несколько дней. Когда он подходит ко мне, то натянуто улыбается. Он слишком хорошо знает, что я потерял, ведь сам испытал это на себе.

Не обращая внимания на гнев, который вспыхивает в моем взгляде при одной только мысли об этом, он спрашивает: – Хочешь чашку чая?

Харпер смеется, поскольку наполовину британская сторона Рейна всегда вызывает у нас веселье. Арчер возмущается:

Рейн кивает, убирая мусор с кофейного столика и опуская на него свое огромное тело.

– Я знаю, но пить в одиночестве просто… грустно.

Арчер остается стоять, – он слишком брезгует к чему-либо притрагиваться, – а Харпер беспомощно добавляет:

– К тому же вонять тут начинает, скажем так, знатно.

– Можете свалить в любое время, – усмехаюсь я.

Я хочу отхлебнуть еще виски, но потом понимаю, что бутылка в моей руке пуста. Я бросаю ее на пол и разминаю пальцы в поисках другой.

– Послушай, Нова, – выдыхает Арчер. – Я знаю, она тебе очень нравится, но это нужно прекратить, пока…

– Она мне больше, чем просто нравится, Арч, – впервые признаюсь я вслух, и наступающая тишина грозит поглотить меня целиком. Я знаю, что это нечто большее, я понял это в ту ночь, когда ее ложь выбила почву у меня из-под ног.

Когда я увидел, как зазвонил ее телефон и ее нежные, предательские руки ответили на звонок. Когда я погрузился в нее и не почувствовал ничего, кроме страха и сожаления. Если быть реально честным с самим собой, я знал это и раньше, еще до того, как по-настоящему завладел ею, и знаю теперь, еще больше, когда потерял ее.

– Вот дерьмо, – в конце концов сокрушенно вздыхает мой лучший друг.

– Ага, – добавляю я вымученным шепотом, игнорируя тяжелые взгляды всех троих, и начинаю искать глазами очередную бутылку, хватая неоткрытую со стола рядом с Рейном.

Прежде чем я успеваю открыть рот, Арчер снова вмешивается.

– Рейн прав, пить в одиночестве грустно, – он выхватывает бутылку у меня из рук, и я думаю, что он собирается присоединиться ко мне на моей вечеринке жалости к себе, но все, что он делает, – это медленно осматривает комнату. – Харпер, ты вынесешь весь мусор, Рейн, пропылесосишь и выполощешь это пятно, а я приведу его в порядок. Давай, пора принять душ и переодеться, чтобы мы могли пойти куда-нибудь выпить все вместе.