Проклятие ульфхеднара

И платить мне, не рассчитывая на его прощение и помощь.

— Это знак твоего бога? — Асвейг указала в разрез его ворота, где виднелся, поблескивая, тонкий серебряный крест.

— Да. И могу поклясться, с тех пор, как я отплыл от берегов Ромейской империи, он стал тяжелее.

Блефиди неожиданно улыбнулся, будто что-то его в том веселило. Странно было осознавать, что у этого мужчины и воина свой бог. Что он живет будто бы по каким-то другим законам, которые не отпускают его даже вдали от родных берегов. И в то же время он не спешил осуждать её или своих друзей за те поступки, которые не укладывались в его понимание справедливости или чести. Хотя наверняка многие здешние порядки казались ему дикими, как и другим его соплеменникам.

И вдруг подумалось о том, по каким законам раньше жила сама Асвейг, под дланью каких богов? Или бога. И много ли среди тех, кто окружал её, было таких, которые обладали похожими на её способностями. И стало страшно оттого, что она, может, никогда больше этого не вспомнит. Не узнает. Не поможет саамская колдунья, и прошлое так и останется в темноте памяти.

Всего один раз днём довелось остановиться на привал, дать отдых спине и ногам, которым Асвейг старалась крепче держаться за бока лошади. Рагна подсела рядом и спросила, как она себя чувствует. Ингольв, что расположился неподалёку аж ушами едва не зашевелил, прислушиваясь, а после ответа, что всё хорошо, только устала немного, заметно расслабился. Быстро подкрепились лепёшками с маслом да отправились дальше. Мужчины высматривали по сторонам место, что лучше всего сгодилось бы для стоянки на ночь. Да только при такой неласковой погоде любое казалось неподходящим. На открытом месте вымочит занудный дождь, который и не лил сильно, но всё равно мало-помалу мочил одежду да волосы. В лесу всё равно достанет юркий и назойливый, точно овод в летнюю пору, ветер. Но там всё же посуше. Когда начало смеркаться, лошадей повели с широкой тропы вглубь сосняка, что перемежался изредка рябыми берёзами да раскидистыми ясенями.

Споро сложили костёр в удобной и тихой низине между лесных скал, лошадей расседлали, давая им отдых.

— И далеко идти до твоей колдуньи, Эльдьярн? — поинтересовался Лейви, вольготно рассевшись у огня после ужина.

Рагна как бы невзначай присела подле него, и со своего места Асвейг видела, как скальд, явно скрывая от остальных, положил руку ей на талию. Вот же бесстрашный: и не смущает его вовсе, что девушка-то не из этого мира. И даже не совсем человек. Но и саму фюльгью это, видно, не слишком беспокоило. Она явно наслаждалась прикосновением мужчины и будто прислушивалась к себе, совершенно перестав замечать, что о чём говорят спутники.