Война за проливы. Призыв к походу

Недолгая поездка на тихо урчащем мягком агрегате (по сравнению с которым германские авто господина Даймлера просто телеги с мотором) – и вот уже Петр Николаевич, при одном саквояже, быстрым шагом поднимается на второй этаж Зимнего дворца. Остальной багаж будет ждать в авто, которое отвезет его домой сразу после завершения аудиенции. Вроде мелочь для такого высокопоставленного чиновника как министр иностранных дел, а все равно приятно.

Император Михаил, по своему обыкновению, не заставил гостя ждать и минуты. Если встреча была предварительно назначена, то посетителя всегда принимали сразу, без задержек, и в большинстве случаев (когда вопрос был решен) так же, без задержек, выпроваживали.

Разговоры не о делах император мог позволить себе только со своим ближайшим окружением, попасть в которое для человека со стороны было непросто. Петр Николаевич в ближний круг входил, поэтому, вместо сухого кивка (означавшего, что посетителя заметили и он может начинать говорить), ждало достаточно дружеское рукопожатие императора и приглашение присесть в одно из кресел, в то время как Михаил Второй утвердился за своим рабочим столом.

– Итак, государь, – сказал Петр Николаевич, переведя дух, – свершилось. Балканский союз при участи России создан, и все его члены согласны на выдвинутые вами условия. Некоторые даже очень согласны – как, например, сербский король Петр Карагеоргиевич, который у меня разве что с руки не ел.

В ответ на эти слова император загадочно улыбнулся. Три дня назад из неофициального балканского вояжа вернулся капитан Бесоев, который тоже побывал здесь, в Готической библиотеке, с самым подробным докладом. Поэтому император знал, с чем (или, точнее, с кем) связана такая приторная покладистость сербского короля.

Закулисные силы, которые крутят им будто марионеткой, приняли предложение, переданное через Николая Бесоева и решили, что от таких подарков, как Воеводина, Далмация, Хорватия, Словения, а также Босния с Герцеговиной, просто так не отказываются. Да и не просто так тоже не отказываются, особенно потому, что в одной руке у посланца русского царя был пряник, а в другой – тяжелая дубина. Против русской армии, случись такая коллизия, сербские солдаты воевать не будут, в лучшем случае разойдутся по домам, в худшем – повернут штыки против пославших их на эту войну. Против болгарской армии они воевать будут, а вот против русской нет. Также и болгары будут воевать с кем угодно – с румынами, сербами, греками, турками, – да только не с русскими. В этом смысле картина в Болгарии аналогичная, но об этом немного позже.

Правда, во втором раунде переговоров капитан Димитриевич «выпросил» для Сербии право на оккупацию Косова и Албании, но полномочия пообещать нечто подобное Бесоеву были даны заранее.