Война за проливы. Призыв к походу

– Вот-вот, Джон, – воскликнул король, – если бы у нас еще реально была возможность потрепыхаться, страна имела бы восполняемые людские резервы, а ее экономика меньше зависела от поставок из колоний, то я был бы первым, кто высказался бы за более агрессивную политику в отношении конкурентов. Но увы, чего нет, того нет. Как я тебе уже говорил, только длительный мир и кропотливая работа над ошибками предшественников могут помочь нам выкрутиться из весьма неприятной ситуации.

– Для того, чтобы поддерживать длительный мир, – тихо сказал адмирал Фишер, нужно начисто уничтожить партию войны, иначе никакого мира не будет.

В противном случае меня ежедневно и ежечасно будут толкать под руку. А когда я проявлю неуступчивость, то возьмут и заменят на какого-нибудь болвана, вроде достославного адмирала Ноэля, который будет свято уверен в том, что раз у Британии теперь есть лучшие в мире линейные крейсера, то ему можно все. И вот тогда партия войны с радостным визгом наломает столько дров, что потом сто лет можно будет топить камин…

– К сожалению, Джон, как я уже говорил, – ответил король Эдуард, – Британия – это не Россия и не Германия, и я мало что могу сделать по этой части как монарх.

Уже были прецеденты, когда король пытался взять себе немножко больше власти, чем ему положено по обычаю, но закончил свои дни на плахе. Нет, тут надо идти совсем другим путем…

Немного поколебавшись, король сделал большой глоток из почти остывшей кружки и продолжил:

– Как говорит мой племянник Майкл: если ты не можешь победить какое-то явление, его требуется возглавить. Джон, ты один из самых популярных людей в Британии, а кроме того, ты умен, красив и импозантен, а потому должен создать свою партию, выиграть выборы и занять должность премьер-министра, чтобы провести Соединенное Королевство между Сциллой и Харибдой.

На некоторое время в адмиральском салоне наступила тишина. Король Эдуард сказал все что хотел, а адмирал Фишер просто не знал, что произнести в ответ. Такого предложения он точно не ожидал, ибо не мыслил своей карьеры вне флота, которому отдал больше полувека своей жизни (вступил в службу гардемарином в 13 летнем возрасте и сразу попал на ту самую Восточную (Крымскую) войну, о которой ему рассказывал король Эдуард).

С другой стороны, должность первого морского лорда является вершиной карьеры английского военного моряка, и следующий шаг после нее по служебной лестнице – это как раз должность премьер-министра…

– Решайтесь, Джон, – сказал король, – только заняв должность премьер-министра, вы сможете превратить свои геополитические расчеты из пустых умствований в реальный инструмент укрепления могущества Британии.