Чехов книга 6. Договор на крови

 — Тебя не было в машине, верно?

— Одной жизнью у него стало меньше…

— Скотина! — заорала Любовь Федоровна, которая тоже припала к динамику ухом.

— Жив он, — тут же примиряюще продолжил мужчина, словно услышал голос Виноградовой. — И девица, которая была с ним вроде тоже. Взрыв был рассчитан на то, чтобы уничтожить заднее сиденье, где обычно устраивается княжич. Перегородка была опущена, и вся сила удара пришлась на диванчик.

— Где он? — уже спокойнее спросил я.

— Сейчас его забирают в лекарню. Прошу вас не выходить никуда, мастер Чехов. Есть подозрение, что после неудачного покушения его повторят.

— Надо забрать его домой, — завыла Любовь Федоровна, раскачиваясь. — Я не хочу, чтобы он лежал где-то там один…

— Хочу забрать своего помощника домой. И нанять лекарей, которые будут выхаживать его тут, — заявил я.

— Есть ли в этом необходимость? — засомневался Морозов.

— Или я сам буду дежурить в лекарне.

— Вот это уж точно лишнее, — недовольно проворчал мужчина. — Как же с вами тяжело, Павел Филиппович.

— Соболезную, — отозвался я.

— Будет этот увалень доставлен к вам с лекарем. И девица, которая все время пищит и бросается на всех.

Сами с ней разбирайтесь.

Я отключил телефон и опустился в кресло. Только потом понял, что почти не дышал все это время.

— Его нельзя к лекарям. Там могут понять, что он не человек. И еще неизвестно, как на это отреагирует Синод, — заговорил я, ни к кому не обращаясь.

— Он живой, — прошелестела Виноградова. — Это главное.

Я поднял на нее глаза и увидел, что призрак почти стала собой прежней.

— Ты должен найти тех, кто это сделал, Паша. Найти и не позволить совершить подобное. Они должны понять, что нельзя грозить некроманту и тем, кого он считает своей семьей.

Иначе завтра они придут и сожгут наш дом.

— Пообещай мне, что ты сделаешь это, — женщина ухватила меня за руку, обжигая кожу ледяными пальцами.

— Обещаю, — сказал я, нисколько не сомневаясь, что не нарушу данное слово.

Лекарская машина приехала примерно через полчаса. За все время, пока авто не вкатило в арку, Виноградова изводила себя и беспокойно летала по комнате. Иногда она пропадала, чтобы через несколько секунд явиться вновь. Я пару раз порывался попросить ее не дергаться.

Но не решился, вспомнив, какой жуткой она выглядела, когда считала Фому умершим.

— Дома и стены помогают, — слышалось сквозь ее бормотания. — Я не дам ему здесь погибнуть. Буду следить… никому не дам обидеть…

— Все будет хорошо, — решился сказать я. — Он же не совсем человек. И быстро придет в себя.

Любовь Федоровна словно очнулась и посмотрела на меня дикими глазами, в которых качалась тьма. Потом тряхнула головой, будто отгоняя плохие мысли, и закивала.

— Ты прав, Павел.