Чехов книга 6. Договор на крови

 — Буквально былинный богатырь, который вот-вот отправится на подвиги ратные во славу Русских земель.

Режиссер отскочил на шаг назад, сложил пальцами рамку и посмотрел сквозь нее на Фому. Затем подпрыгнул к удивленному слуге, осторожно потрогал его за бицепс.

— Вы чего? — удивленно спросил Фома, подозрительно наблюдая за режиссером.

— Даже речь такая… — восторженно произнес режиссер и пощелкал пальцами, словно подбирая слово. — Простая. Настоящий Илья Муромец! Или Микула. Молодой человек, вы не хотите сделать карьеру в кино?

Смещение фокуса внимания с меня на слугу дало мне передышку.

И я начал было обдумывать, как бы выпроводить Карасикова из офиса, но в этот момент дверь снова открылась, и в приемную вошли двое. Один, высокий и широкоплечий, подошел к Карасикову, и что-то мягко приговаривая ему, повел режиссера к выходу. Фома проводил гостя удивленным взглядом, покачал головой и направился в жилое крыло. Второй же, невысокий, наголо бритый, в костюме и в очках подошел ко мне:

— Павел Филиппович, — улыбаясь, начал он. — Давайте уладим это безобразный конфликт, который произошел на съемочной площадке.

— Какой конфликт? — не понял я.

— Когда Дмитрий Владимирович оскорбил вас при актерах. Вы поймите, Карасиков уже давно тяжело хворает. У него и справка есть. Ну, снимает мастер кино, так на свои же, а не на Министерские. У каждого из нас свои увлечения. А творческие люди бывают вспыльчивы.

— Вы переживаете, что у меня имеются претензии к семье, — догадался я и мужчина согласно закивал. — Не извольте беспокоиться, я принял это за лицедейство, и подыграл режиссеру. Так что претензий к семье Карасиковых у меня нет.

Заявляю это при свидетелях.

Мужчина расплылся в улыбке:

— Спасибо за понимание, Павел Филиппович. Надеюсь, по поводу сегодняшнего инцидента у вас тоже нет претензий?

— Пока нет, — ответил я, сделав ударение на слове «пока». — Но если Дмитрий Владимирович зачастит в мой офис, претензии могут появиться.

Гость согласно кивнул, всем своим видом давая понять, что больше этого не повторится.

— До встречи, Павел Филиппович, — с улыбкой произнёс он и вышел из приемной. И едва за приказчиком закрылась входная дверь, я с облегчением вздохнул и встал с дивана и подошел к столу.

Вытащил из шкафчика две чистые чашки и плеснул в них чай.

— А у вас всегда интересно, мастер Чехов, — задумчиво произнесла Нечаева. — Могу я полюбопытствовать, Павел Филиппович, откуда вы знаете Карасикова.

— Да познакомились не так давно, — ответил я и поставил чашки на стол. Разлил по ним чай. — Вы же сами скинули мне адрес съемочной площадки, где можно было найти Бону Виту.

— Ах, да, — рассеянно ответила Нечаева.