Чехов книга 6. Договор на крови

— Дайте клятву отвечать правду на каждый мой вопрос.

— Клянусь говорить правду, мастер некромант.

— Кем вы работали до смерти?

— Секретарем у Петра Андреевича Привалова.

Девушка обернулась и указала на нотариуса тонким пальцем. И от этого жеста тот отшатнулся.

— Вы знаете про отношения Шуйской и Привалова?

— Это не касается нашего дела, — быстро перебил меня нотариус.

— Они были любовниками, — невозмутимо ответила девушка, игнорируя возражения бывшего начальника.

— Ложь! — выкрикнул побледневший Привалов.

— Петр Андреевич, не превращайте, пожалуйста, заседание в балаган, — строго произнесла Львова.

— Зачем же этой девушке лгать перед комиссией? — холодно уточнил я, обращаясь к Привалову. — Неужели банальная женская ревность?

Нотариус открыл было рот, чтобы ответить, но вовремя опомнился и промолчал.

— Надя, вы слышали разговоры между мастером Приваловым и княгиней Шуйской? — уточнил я.

— Да. Они часто беседовали в конторе.

— Они говорили про завещание Великого Князя Василия Шуйского?

— Княгиня склонила мастера Привалова к подделке документа, — ответила девушка.

 — Первое завещание было составлено в пользу Дмитрия Иванова, единственного наследника князя. Княгиня же уговорила моего начальника составить завещание на третье лицо.

— Ложь, — просипел нотариус, но никто не обратил на эту фразу никакого внимания.

— И Привалов согласился, — продолжила Павлова. — Он подделал завещание и подпись Великого Князя. И по просьбе княгини Шуйской подкупил лекарей, чтобы они выдали фальшивые результаты экспертизы, сделав наследником нужного человека.

Я довольно усмехнулся:

— В этих словах имеются доказательства преступного сговора, подделки документов и грубого нарушения последней воли, — произнес, обращаясь к Львовой.

— Это наговор! Когда Павлова была жива, у нас была романтическая связь!

— Вы признаетесь в нарушении этики нотариата? — возмущенно уточнил Муравьев.

— Это просто зависть и ревность, как сказал мастер Чехов, — поспешно произнес нотариус. — Показания сомнительны.

— У меня есть завещание, которое составлено на имя мастера Иванова, — ответил я, доставая документ из внутреннего кармана пиджака. — По закону оно уже должно быть помещено в сейф семьи, который опечатают в присутствии свидетелей и вскроют в установленный день.

— А где вы его взяли? — тут же уточнил нотариус, хватаясь за спасительную соломинку.

— В сейфе вашей конторы, — спокойно ответил я. — Но не я, а один из призраков. И я его об этом не просил. Мастер Павлова может все подтвердить.

— Другой призрак сделал это по своей воле, — ответила Надя. — Это правда.

Тут я развел руками:

— Преступного сговора нет. Прошу, Марина Афанасьевна.